«Окопная правда» Великой Отечественной. Самые правдивые воспоминания о войне

Дым висел слоями, а из него возникали все новые фигуры людей. Бежали наши бойцы. Падали, стреляли, а метрах в ста приближалась цепь в характерных массивных касках. Немцы редко снимали каски. Они были у них толстые и более надежные, чем наши. Но пули брали и немецкие каски, пробивая насквозь вместе с головой. Оставалось только попасть.

Я вставил в пазы очередной диск, передернул затвор. Впереди возникли сразу пятеро немцев. Их фигуры плыли в белесом хвойном дыму. Нажал на спуск и повел стволом слева направо. Сейчас я их смахну одной длинной очередью! Пулемет бился в руках, все пять немцев упали.

Потом «дегтярев» замолк. Я дергал заклинивший затвор. Сорвал диск. Из казенника торчала лопнувшая гильза. Трое немцев поднялись, исчезли в низине, затем отползли и двое других. Я промахнулся или в лучшем случае легко ранил двоих. А длинной очередью раскалил казенник, в котором застряла гильза.

Я растерялся. Пожилой помощник протягивал нож. Я пытался поддеть застрявшую гильзу, но безрезультатно. Над головой засвистели пули. Верхушка бруствера разлетелась от попаданий нескольких разрывных пуль. Опасность отрезвила меня.

В горячке боя я понаделал ошибок, не такой уж опытный был из меня пулеметчик. Нельзя стрелять длинными очередями и надо менять позицию. Как только немцы засекают пулемет, по нему открывают огонь. Мы отползли по траншее в сторону. Бойцы, сумевшие уцелеть после неудачной атаки, стреляли из винтовок и автоматов. Я взял себя в руки и сумел выбить гильзу. Вставил диск. Хотя цель не видел, выпустил наугад несколько коротких очередей. Ко мне подбежал взводный:

– Почему прекратил огонь?

– Пулемет перегрелся.

– Помочиться не можешь?

– Не могу, – признался я.

 – Мы его водой охладили. Дайте еще одного бойца, диски набивать.

Взводный поймал за рукав легко раненного в ногу солдата и приказал помогать моему расчету.

– Я же ранен, – пожаловался тот. – Надо быстрее в санбат.

– Какой к черту санбат! Не видишь, как фрицы лупят. Из траншеи не высунешься, сразу убьют. Помогай пулеметчикам, если жить хочешь.

Вскоре открыли огонь наши орудия и появились три танка с десантом на броне. При поддержке танков мы продвинулись на километр. В то время немцы уже активно использовали «фаустпатроны».

Один танк подожгли, второй подбили. Его тянула на тросе единственная уцелевшая «тридцатьчетверка». Экипаж поврежденного танка, развернув пушку, посылал снаряд за снарядом в сторону немецких укреплений.

К вечеру немцы снова пошли в контратаку. Вначале вели сильный огонь из минометов. Стреляли уже не мелкие «пятидесятки», а батарея батальонных минометов. Одна из мин взорвалась в пяти шагах перед нами. Помощников и меня засыпало землей. Легкораненый, который мне помогал, попросился в тыл.