Олимпиец

Он разрежет блюдо на миллион кусочков. А потом еще на миллион. И лишь затем, подумает о том, чтобы его попробовать.

Персефона планировала сделать нечто похожее, но уже с солью. Если бы Стахий увидел, что делают с его блюдом, его творением… Умер бы еще раз.

Короче, ужин не задался.

Аид понимал, что все это глупо, и им бы поговорить, но… Оба супруга были богами. Бессмертными и всесильными. А потому слишком гордыми, чтобы сделать первый шаг к примирению.

Снизу стола раздалось тихое поскуливание. В любой другой день Цербер как мячик прыгал бы вокруг хозяев и выпрашивал вкусняшки, но… Не сегодня.

Сегодня гигантский рыжий пес лежал на полу рядом с ногой Аида, обернув вокруг себя хвост и уныло уткнувшись всеми тремя носами в лапы. Даже средняя голова — обычно самая жизнерадостная и веселая из всех — молчала и только смотрела на бога своими огромными печальными глазами.

В них читался всего один вопрос.

«Что случилось, хозяин? Почему все такие грустные?»

— Все в порядке, малыш, — потрепал пса по холке Аид и протянул тому маленький кусочек мяса. — На. Держи.

Цербер деликатно ухватил угощение зубами и благодарно лизнул мужчину по руке шершавым языком.

Пес прекрасно понимал, что все было далеко не в порядке — собаки вообще отлично чувствуют чужое настроение, особенно трехголовые — но все равно оценил попытку хозяина. Пусть тот и лгал.

— Все в порядке? — холодным голосом переспросила Персефона. — Ты так это называешь?

— Если ты хочешь что-то сказать…, — оставив сторону нож, не менее холодно ответил Аид. — То говори. Я слушаю.

— Сказать? Хочу сказать?

Глаза богини превратились в две тонкие щелки, изящные кулаки сжались. Цербер снизу заскулил еще громче и закрыл лапами все три пары глаз.

Внезапно дверь в столовую распахнулась настежь, и в столовую царственно вошла огромная фигура.

Мужчина. В парадном белом хитоне, со сверкающими глазами и белоснежной бородой.

— Ба! — радостно воскликнул он. — Какие у вас хмурые лица! Неужто в Подземном Царстве снова раздор? Не хотелось бы!

— Зевс? Не ожидал тебя тут увидеть, — удивился Аид и жестом указал на свободный стул. — Проходи, брат. Раздели с нами трапезу.

— Почему нет, — хохотнул Владыка Небес, опустился на представленное место и игриво подмигнул Персефоне.

— Что, невестка? Не жалеешь, что променяла зеленые склоны Олимпа на этот мрачный мир?

— Нет. Я всем довольна, — отрезала женщина и промокнула кончиком салфетки губы. — Пожалуй, мне лучше уйти.

— Так скоро? — огорчился Зевс и немного нахмурился. — Сразу как я пришел? Ты не рада меня видеть?

— Что ты, Великий. Просто в этом «мрачном» мире, — он специально выделила это слово. — У меня множество дел.

Персефона вышла из-за стола и пошла к выходу. И только в самом конце обернулась и с явной издевкой наклонила голову.