Олимпиец

Мне тогда было четырнадцать, кстати.

И вот теперь, судя по всему, я наконец добился успеха. И стоило это всего малость. Подохнуть в одном мире и попасть в другой. Да, родители были бы счастливы.

Я сплюнул на землю. Я ненавидел свою семью.

Даже Гордиан лучше. Он хотя бы не пытается от меня избавиться, а честно тянет лямку семейного позора. Черт, я бы даже уважал его за это, не будь он таким козлом.

Зато мама у меня теперь настоящее золото. Заботливая, милая, добрая. Пожалуй из-за нее я и старался изображать из себя пай мальчика, хоть и получалось у меня так себе. Но я старался. А ради нее можно и в школу еще раз сходить.

— Заходите, молодой господин, — раздался голос изнутри шатра. — Все готово.

Ну ладно. Пойдем узнаем, что за сюрприз приготовила мне старушенция.

Глава 3. Настоящее. Прошлое. Будущее

Внутри пахло тмином, лавандой и еще десятком душистых трав, которые я не смог так сходу определить. Посреди шатра разместился круглый деревянный стол с покрывалом явно восточного происхождения. Из оставшейся мебели имелись лишь две табуретки, из тех, что с мягкой подушечкой сверху.

— Присаживайтесь, господин, — эффектным жестом велела мне женщина.

Ее руки заходили ходуном, одна за другой ныряя под стол. Одна, две, три свечи. Чирканье спички и по воздуху разнеся ароматный запах бергамота.

— Гадалка, значит, — присвистнул я и медленно опустился на подушку. — Ясно.

— Нет, нет, что вы, — немного оскорбленно заявила она и тут же сменила голос на более глубокий и мистический. — Перед вами потомственная прорицательница Федора Беббанбургская. Я веду свой род от самой Пифии, великой жрицы-прорицательницы Дельфийского оракула. Мои корни…

— Понятно. С чего начнем? — прервал я ее. — Хрустальный шар? Чайные листья? Кофейное донышко?

Я знал все эти трюки, как свои пять пальцев. Бесполезная дичь. Только идиотов обманывать.

— Вижу, вы скептик, молодой человек. Не верите в силу предсказания, — она разочарованно покачала головой. — Что ж, это не важно. Ваша вера или неверие никак не окажет влияние на судьбу. Она определена не нами. Ее даровали нам боги.

— Давайте-ка управление судьбой оставим мне, — холодно отрезал я.

Затея с гаданием — а ведь вполне очевидно, что к этому дело и идет — нравилось мне все меньше и меньше. Так подумать, зачем я вообще сюда заглянул? Хотел получить пару баксов в подарок?

— Какое самомнение, — цыганка вытащила костяную трубку, затянулась и пустила струю дыма мне в лицо. — В обычное время я бы отказала тому, кто противится воли богов. Но я дала обещание…

С каждой минутой женщина все меньше и меньше напоминала ту испуганную старушку, что я вытащил из передряги. Она распрямила спину, накинула на плечи бордовую шаль, а голос стал гораздо тверже. Федора снова была в своей стихии.