Олимпиец

Кто им был, он не говорил, а я не спрашивал.

Как и я, парень был носителем частички богов, а если точнее — их прямым потомком. Его мать, мир ее праху, была моей теткой, что делало парня частью семьи Лекс и наследником сил Афины Паллады. Вот только если богиня была мудра, спокойна и рассудительна, то Элайас был… полной ее противоположностью.

Нет, пацан не был идиотом, отнюдь. Шутка ли, в академии он был чуть ли в топе по успеваемости. Более того, парень за прошлый год собрал вокруг себя с десяток таких же отморозков и открыл первый в академии клуб изобретателей. С собой во главе, естественно.

Так что ума ему было не занимать. Вот только более рискованного психа в своей жизни я еще не встречал. А ведь в прошлой жизни я работал на самую натуральную мафию, и там подлым-полно людей с тараканами в голове.

Впрочем, те ребята не взрывали научную лабораторию три раза подряд. В один день. Как его еще не исключили — загадка. Ну или его непризнанный гений и невероятный потенциал, как сообщил мне по секрету сам Элай.

Надо ли говорить, что мы быстро сошлись?

— Я уж думал тебя не отпустят, мужик, — неожиданно серьезно произнес он. — Оставят на домашнем обучении или че-то вроде того.

— Это не им решать, — холодно ответил я. — А мне.

— Воу, пафос, братишка. Что ты там опять перечитал? Древние мифы и легенды?

Я пожал плечами, залез внутрь и с удовлетворённым вздохом откинулся на кожаном сиденье.

— Ты не любишь историю? Зря.

— Угу, угу, мне-то не заливай.

— Нет, правда. Хочешь суммирую в трех словах? Гера — зацикленная на ревности неудачница, а Зевс — козел, не способный удержать свой болт в штанах. А еще фанат фурри.

Элай поежился и опасливо посмотрел по сторонам.

— Завязывай с таким юмором, мужик. Доиграешься ведь. Боги любят шутить, это правда, но вот когда шутят над ними… Ни к чему хорошему это не приведет, поверь.

Он выглядел испуганным. И очень потешно. Я просто не мог его не поддеть.

— Не любят шутки про измены? А ты-то откуда знаешь? Ах да, — я хлопнул себя по колену и деланно покачал головой. — Точно. Звиняй, Эл, совсем забыл. Ты же специалист по любовным романам. Как там твой любимый назывался? Поцелуй под пледом?

— Что?! Нет, неправда! Ничего не было! — возмущенно воскликнул он, но, нарвавшись на мою саркастичную ухмылку, быстро сдулся. — Сумрачная страсть.

— Да, да, точно. Оно. Вечно забываю.

— Порази тебя молнией, Адриан, — буркнул парень. — Я сказал тебе по секрету! А если это выплывет наружу? У меня и без этого в школе проблем хватает.

— Выплывет? О чем ты? Вудс, ты что-то слышал?

— Ничего, сэр, — раздался спереди ровный голос дворецкого. — Вы о чем-то говорили? Кажется, я опять все пропустил.

— Скотина ты, Адриан, — все еще надувшийся парень отвернулся к окну. — А ведь раньше был такой душкой. Спокойный, вежливый, молчаливый.