Омерта

За нами не отставая едет несколько машин охраны, но у меня на душе все равно тревожно, едва ли после всего случившегося я вообще когда-нибудь снова почувствую себя в полной безопасности.

– Ты должна приготовиться к тяжелому разговору с Домеником, Мия, – прочистив горло, нарушает абсолютную тишину Алессандро. Перевожу на него взгляд, изучая красивые черты брата. Родные и знакомые, но как никогда – чужие. Прошло чуть больше недели, а меня как подменили. Все не совсем такое… как прежде, перед взором пелена тумана, в голове – сплошная смута.

Теперь я знаю правду о своей «семье», но называя Киана убийцей, я как-то не задумывалась над тем, что мой дядя, брат и другие – лучше.

Уму непостижимо. Я – в эпицентре убийц и преступников. Опасный человек вот-вот навсегда заберет меня к себе в качестве жены. Быть женой мафиози, это все равно, что продать себя в рабство. Я мечтаю о своем дне рождении, всегда мечтала. И тут, когда свобода так близко и я уже на половину вижу себя полностью самостоятельной и реализованной, выступающей на большой сцене, мне делают сомнительное «предложение». Которое звучит для меня, как тюрьма. Я что, всю жизнь буду прыгать из клетки в клетку?

Боже, я же не о многом прошу.

Всего лишь – расправить крылья.

Казалось бы, ситуация плачевная со всех сторон и куда хуже? Есть куда. Очень даже есть.

– Для начала тебе предстоит тяжелый разговор со мной, Сандро. Что с Майклом? – в первую очередь спрашиваю я.

– Он в больнице. Частичная амнезия, серьезные травмы головы, переломы костей, – механическим и бесцветным тоном перечисляет Алессандро. Мои ноздри напрягаются от гнева, а вот сердце полыхает болезненным огнем.

– Я хочу навестить его. Это во-первых.

И не ты, не дядя мне не будут больше помехой! – восклицаю вдруг я, приняв решение, что отныне я больше не буду жить в затворничестве.

– Полегче, Мия. Тебе не позволено. Требовать что-либо. Не забывай об этом, сестренка. И все будет хорошо. Не стоит злить Доменика ещё больше. Он итак своим гневом чуть не спалил весь дом.

Алессандро тяжело вздыхает и резко тормозит у роскошных, витиеватых ворот знакомого мне до тошноты, дома.

– Многое тебе расскажет Доменик. Не я, Мия. Но, пожалуй, тебе стоит знать главное. У тебя скоро свадьба, – своими словами он на меня ушат ледяной воды вылил.

Я настолько цепенею, что перестаю ощущать тело, не могу пошевелить даже веками.

Не моргаю. Не дышу, черт возьми.

– С кем? Что… нет… нет, нет, нет! Ты издеваешься? Умоляю, увези меня отсюда Алессандро. Какая ещё свадьба… – дрожью бьет насквозь, сердце набирает рваный ритм.

Алессанро берет меня за руку, ловит мой взгляд, и выноси мне ещё один приговор:

– С Гидеоном О`Коннелом. С семьей наших союзников.

– О`Коннел? Мировой судья?

– Его сын, разумеется. Мия, мне самому тяжело.