Она любит плохих парней

Ты ничего мне не должен, ничем не обязан, и я рада, что твои отношения с девушкой налаживаются. Честно, от души.

– Ты сейчас серьезно?

– Ш-ш-ш! Не перебивай!

Дарий вздыхает, черты его лица заостряются, выдавая серую усталость. И это снова моя вина. Знал бы он, как сильно мне жаль.

– Ты как-то рассказывал, что взрослые люди принимают решения взвешенно, не опираясь на эмоции. Хороший урок, я запомнила.

– И твое решение – бросить меня, зацепившись за…

– Отпустить, – перебиваю я, не повышая тон. – Знаешь, это настолько правильно, что мне даже не больно. Так что можешь быть спокойным, твои руки и ноги тоже останутся целы.

– Не смешно, – хмуро говорит Дарий, его взгляд темнеет, а правая рука, лежащая поверх стола, сжимается в кулак.

– Я и не шучу. Мы оба играли, но я на тебя не злюсь, ведь сама это придумала. Поэтому все, что я хочу сказать тебе, это прости и спасибо.

– А меня выслушать ты не хочешь?

– Нет, не хочу. Ты сейчас скажешь много красивых и правильных слов. Утешишь меня, и мы продолжим обманываться, но в этом нет смысла. Я благодарна тебе за помощь, но больше в ней не нуждаюсь. Если тебе это так важно, то знай, что ты уже меня спас. Закрыл свой гештальт, а дальше… я сама справлюсь.

– Гештальт, – с отвращением повторяет Дарий. – Так ты все это видишь?

Дарий отворачивается и смотрит в пустоту, в голове тихо скулит от сожаления внутренний редактор. Слезаю со стула и молча покидаю квартиру, возвращаясь к себе. Запираю дверь, выхожу на балкон и опускаю жалюзи на торцевом окне. Из лжи, притворства, манипуляций и подстав не получается ничего хорошего, ничего настоящего. Это мой главный вывод и главный урок. Мой несчастливый конец. Сажусь на холодный матрас и подтягиваю ноги к груди, упираюсь лбом в колени и позволяю себе разрыдаться, потому что больше у меня нет ничего. И я прекрасно понимаю, что заслужила каждый миг этой агонии.

Провожу пальцами по круглым кнопкам клавиатуры в виде печатной машинки и со слезами читаю последние строки готового черновика рукописи. Вот и все. Все, что я хотела сказать и увидеть, чем хотела поделиться и отпустить. Главные герои книг должны быть счастливы, иначе где еще автор и читатель найдут покой для души? Где найдут столько веры и вдохновения, чтобы двигаться вперед и надеяться на лучшее? Я больше не хочу жить и играть по правилам книжных канонов, но любовь, принятие и прощение должны оставаться неотъемлемой частью как книг, так и жизни.

Запрокидываю голову и вытираю мокрые щеки ладонями. Так просто написать «шесть месяцев спустя» и перенестись туда, где все уже пережито, но на деле с моего двадцатилетия прошло чуть больше месяца. И пока я не могу сказать, что справилась до конца, но точно знаю, что стою на верном пути.