Опасная невинность (ЛП)

Видя ее материнскую заботу, я ценил ее еще больше, особенно учитывая то, как не хватало ее сестры в этом плане, как я убедился вчера в Майами.

Она, наконец, усадила Финна, когда я открыл дверь квартиры и жестом пригласил их войти внутрь. Он был крошечным мальчиком. У меня было несколько племянников и племянниц, больше, чем я хотел сосчитать (у меня было тридцать два двоюродных брата, и все они плодились как кролики), и некоторые были его возраста, но определенно выше и крепче. Он не отпускал руку Эйслинн, пока она показывала ему квартиру. У меня было чувство, что она все равно не оставила бы его.

От нее исходили сильные защитные флюиды. Она была в режиме матери-медведицы и была готова откусить мне голову, если я сделаю неверное движение в сторону мальчика.

Я отнес три сумки с игрушками в гостевую спальню. Эйслинн купила постельное белье с Человеком-пауком, чтобы сделать более комфортным прибывание ребенка дома. Когда она вошла в маленькую комнату с Финном рядом, он сразу же потянул ее к кровати и потрогал белье.

— Если тебе нравится человек-паук, тебе понравится и это, — сказал я, ставя пакеты в центре комнаты.

Финн с любопытством посмотрел на них, но не подошел к ним. — Давай, — подбодрил я его.

Он посмотрел на Эйслинн в поисках одобрения, и когда она кивнула, он потянул ее к сумкам. Вскоре все, что я купил для него, было аккуратно разложено на земле. Больше всего ему понравились фигурка человека-паука и самолет с пультом управления. Я некоторое время наблюдал за ним и Эйслинн, за тем, как счастлива она выглядела, когда рядом был мальчик, как будто часть ее, которой не хватало, наконец-то снова стала целой. Бросив на них последний взгляд, я вернулся в гостиную и пошел проверить холодильник.

Я усмехнулась, когда заметила контейнер, наполненный тем, что выглядело как еще одно рагу.

Я открыл его и понюхала. На этот раз говядина. Я мог бы привыкнуть к стряпне Эйслинн. Это напоминало мне о детстве, об Ирландии, о том времени, когда я беспокоился только о том, смогу ли я разыграть Балора и остаться невредимым. Такое случалось редко. Балор всегда был слишком осторожен. Позже, когда к розыгрышам присоединились близнецы, я мог свалить на них многие из своих коварных начинаний, хотя в конечном итоге это тоже не сработало.

Усмехнувшись воспоминаниям, я взял кастрюлю и вылил в нее тушеное мясо. Эйслинн должна открыть ресторан. Я был бы ее лучшим клиентом, а многие из моих мужчин, которые скучали по родине так же, как и я, проводили бы там свои обеденные перерывы. Раздался смех Финна, за которым вскоре последовал смех Эйслинн. Я жил одна с тех пор, как переехал в Нью-Йорк. До этого я оставался либо с семьей в поместье, либо в одной квартире с Балором, а затем с Араном в Дублине. Мне не было одиноко.