Опасная невинность (ЛП)

Гулливер кивнул мне, что, вероятно, означало поощрение, а затем обратился к ближайшему к нам брату Девани. — Аран, ты завяжешь узел?

Я вскинула брови, когда высокий светловолосый мужчина шагнул вперед с веревкой в руках.

Лоркан наклонился ко мне с ухмылкой. — Связывание рук — это кельтская традиция, Эйслинн. Не нужно делать шокированное лицо. Прибереги его для того, чтобы сегодня ночью я привязал тебя к столбику кровати.

Он слабо усмехнулся над моим выражением лица, затем выпрямился во весь рост. У меня не было шанса на ответную реплику, потому что Аран расположился перед нами с серьезным выражением лица.

Как и остальные братья, он был одет традиционно.

— Возьмитесь за руки, — приказал он, в его голосе слышался намек на нетерпение. Лоркан взял обе мои руки в свои, и Аран начал свою работу по обматыванию веревки вокруг наших запястий и рук так, что мы не смогли бы разъединиться, даже если бы попытались. Возможно, это была метафора того, каким будет мой брак с главой клана.

Когда Аран отошел, Гулливер занял его место и начал читать из Библии. Тепло, исходящее от тела Лоркана, было огромным и усиливало мое покрасневшее состояние.

Хотя я пыталась сосредоточиться на словах Гулливера, мои мысли уносились к картинкам того, что может ожидать меня сегодня вечером в спальне. Лоркан не мог серьезно относиться к тому, чтобы привязать меня к столбу кровати. Не для нашей первой ночи вместе… верно?

Лоркан разжал пальцы, заставив меня вздрогнуть от дополнительного давления. Я подняла голову, но внимание Лоркана было устремлено прямо вперед.

Гулливер с нетерпением ждал моего согласия на клятву, которую он только что прочитал вслух.

Я посмотрела в сторону Лоркана.

Темно-зеленый цвет его пиджака гармонировал с цветом его глаз, а на подтяжках, выглядывающих из-под пиджака, были подковы и листья клевера в знак удачи. Он выглядел расслабленным, даже умиротворенным.

Хотелось бы сказать то же самое о себе. Мой пульс не утихал с тех пор, как я ступила на порог церкви, а мое тело находилось в режиме полета.

Все это казалось нереальным. Ничто не казалось реальным в последние две недели.

А сейчас, стоя рядом с моим будущим мужем в великолепном платье в пол с ручной вышивкой и цветочной гирляндой в волосах, я чувствовала себя еще меньше, чем раньше.

В детстве мы с Имоджен иногда по очереди надевали мамино свадебное платье — дешевый белый полиэстер, с которым она не могла расстаться, несмотря на папину неверность. Мы любовались собой в зеркале, иногда даже инсценировали свадебные церемонии. Это казалось более реальным, чем церемония, происходящая у меня на глазах.

— Да, — сказала я, прозвучало четко и уверенно. Как будто щелкнул выключатель, и реальность и масштабность ситуации наконец-то дошла до меня.