Операция «Смоленский капкан», или Пропавший обоз НКВД

Они и тормознули вокруг Смоленска такое значительное количество войск, что наступление на Москву захлебнулось. Правда, немецкий генерал Гюнтер Блюментрит в своих воспоминаниях о Смоленском сражении писал совсем другое — цитирую:

«…В конце июля и начале августа мы потеряли несколько драгоценных недель, пока наше верховное командование размышляло о том, какой стратегии нам лучше всего придерживаться… Меньше всего Гитлер был заинтересован в Москве. Согласно его первоначальному плану, группа армий «Центр» должна была остановиться на линии р.

Десна и севернее, передать большую часть своих сил группе армий «Юг» и в этом году прекратить какие-либо наступательные действия в направлении Москвы… Главнокомандующий сухопутными силами фельдмаршал Браухич и его начальник штаба генерал Гальдер не одобряли этого плана. Браухич настаивал, чтобы группа армий «Центр» двигалась прямо на Москву, в захвате которой он видел основную цель всей кампании… Эти моменты вызвали острые разногласия. Потому-то принятие окончательного решения и задержалось на несколько недель…»

— Вы, Ростова, можете поверить в то, что Гитлер вдруг ни с того ни с сего взял и остановил свои танковые армады в тот момент, когда все средства массовой информации Германии трубили о том, что Москва пала? Вот и мне не вериться.

Я ни в коем случае не собираюсь умалять самоотверженной стойкости наших войск под Москвой. Тем не менее известно, что в результате фронт относительно стабильно установился на Днепре и дал нашим войскам передышку, нужную им в тот момент, как воздух. Ну а что до наших дел, то установлено, что после того, как информация о ценностях Московского Кремля достигла верхушек рейха, охота за сокровищами стала поистине масштабной. А это значит, что, как бы там ни было, а своего наша разведка добилась и расчёт Берии оказался верен. Необходимо добавить, что с нашей стороны к работе над операцией была привлечена группа лучших сотрудников НКВД — так называемых Грачей. Как вы уже догадались, это известные вам офицеры НКВД Пустовалов и Веретенникова. Муж и жена, кстати, с мая 1944 года, — глядя на наши растерянные от удивления лица и явно довольный произведённым впечатлением, Тарасов продолжил:

— Мы не знаем, каким образом Пустовалов внедрил Веретенникову к Вольдемару Шварцу, но теперь уже доподлинно известно, что именно она и есть та самая «Елена», любовница Шварца и его начальник контрразведки в одном лице.

Излишне, наверное, объяснять, что с этого момента вся дезинформация без труда и особой проверки попадала к немцам и, наоборот, в Кремле сразу узнавали обо всех планах врага.