От заката до рассвета

— Не могла себе простить, что выбрала тебя, а не ее. Это была главная ошибка в моей жизни, Себ. Я любила тебя. Но Флёр я любила больше. А теперь отпусти меня и не мешай. Я ухожу от тебя, и ты меня не удержишь.

Его лицо искажается болью. Но я не жалею о сказанном. Я приняла твёрдое решение и не намерена отступать.

— Да… — говорит и делает шаг назад. — Ее ты всегда любила больше, чем меня. Я всегда был для тебя на втором месте. После нее. И знаешь что? Я больше не намерен мириться с ролью второго плана.

Он разворачивается и выходит из комнаты. А через минуту я слышу, как громко хлопает входная дверь. Словно робот, я возвращаю на место чемодан и складываю в него вещи. Затем беру второй, а потом и третий.

У меня очень много вещей. Половину я складываю в пакеты и выношу к мусорным бакам. Другую половину забираю с собой. Я занимаюсь этим до глубокой ночи. Себ так и не вернулся. Я звоню отцу и коротко излагаю ему ситуацию, он вздыхает и причитает, но все же присылает ко мне своего водителя. Мужчина грузит мои вещи в багаж, я окидываю последним взглядом квартиру Себастиана, в которой прожила шесть лет, оставляю ключи на тумбочке в прихожей и пишут записку:

Я оставляю ее рядом с ключами и захлопываю за собой дверь.

На моем лице ни слезинки. Я не чувствую сожаления, я не испытываю сомнений. Наоборот, мне кажется, что я только что приняла самое верное решение в своей жизни. Еще никогда я не была так уверена в том, что делаю, как сейчас.

Я приезжаю к себе домой глубокой ночью. Отец тут же накидывается на меня с вопросами и укорами, мать молчит, но неодобрительно качает головой. А потом наконец изрекает в сердцах:

— Да что же это такое! Ни одной нашей дочери не судьба выйти замуж что ли?

Ее слова меня цепляют.

«Ни одной нашей дочери»…

Она все-таки считает меня своей дочкой?

Я ухожу в свою комнату и еще долго не могу уснуть. Достаю из сумки письмо Флёр и перечитываю его снова и снова. Кажется, я уже выучила его наизусть. Когда я все-таки засыпаю, я уже знаю, что буду делать дальше.

На следующий день Элайза не может сдержать победоносного взгляда. Какая же она жалкая. Больше всего на свете мечтает выйти замуж и винит в своей неудаче меня. Вот человек, у которого нет другой мечты кроме кольца на пальце.

А у Флёр были мечты. Много. И я их исполню.

— Пап, спасибо за все. Но дальше я сама, — говорю отцу в его кабинете.

— В смысле «дальше сама»? — недоуменно смотрит на меня поверх очков.

— Не надо больше давать мне деньги. И квартиру, которую ты мне купил, забери обратно. Я не буду в ней жить. Там сейчас квартиранты, я дам им номер твоей карты, чтобы переводили теперь на нее деньги.

— Кнопка, что ты удумала?

— Я выбираю для себя другую жизнь.