От заката до рассвета

Мы переходим через мост и спускаемся к «парковке» речных трамваев. Когда подходим к кассе, я опережаю Селесту, чтобы взять билеты, но она останавливает меня за руку.

— Я провожу с тобой в Париже эту ночь при одном условии. Я плачу за себя сама. Везде.

— Нет, но не люблю быть что-то должной мужчине.

— Ты ничего не будешь мне должна.

— Все равно. Или я везде плачу за себя сама, или я прямо сейчас разворачиваюсь и ухожу.

Она говорит это на полном серьезе и снова принимает воинственный настрой.

— Ладно-ладно, — спешу ее успокоить, хотя мне по-прежнему смешно. Честное слово, вот где бы я еще встретил девушку, мечтающую платить за себя самостоятельно? Да нигде.

Мы подходим к кассе и покупаем билетик каждый сам себе.

И все-таки она поразительна.

Глава 10. Никого ближе тебя

Водитель отца привозит меня в школу в понедельник в 6 утра. Мне пришлось уехать домой на эти выходные, потому что у папы был юбилей, и собиралось очень много гостей. Было бы странно, если бы не было его младшей дочери.

Это были первые выходные за несколько лет, которые я провела дома. И я лишний раз убедилась, что оставаться на субботу и воскресенье в интернате — лучший вариант в моем случае. Элайза притащила в дом своих подружек, и сначала они громко и демонстративно смеялись, явно давая понять, что я не вхожа в их компанию, а потом, пока я выходила на улицу, чтобы мои уши отдохнули от их смеха, они пробрались в мою комнату, нашли мой дневник и стали читать его вслух, потешаясь над моими мыслями.

А ведь в дневник пишут самое сокровенное. То, что никогда никому не расскажут.

— Ночью мы с Себастианом и Андре сбежали в лес, чтобы покурить. Себ отобрал сигареты у какого-то отщепенца. Флёр с нами не пошла, потому что ей снова нездоровилось. Да она и не курит, а просто так с нами стоять за деревьями ей неинтересно. Мы курили втроём, Андре все время что-то говорил, а мне так хотелось, чтобы он ушёл и я осталась только с Себасом. Больше всего ненавижу, что нам с ним редко удаётся быть вдвоём…

Я возвращаюсь в квартиру и застываю на пороге, когда слышу это. До меня не сразу доходит, что Элайза с нарочитым выражением читает вслух мой дневник. Наверное, я это осознаю, только когда слышу громкий смех ее подружек.

Я залетаю в комнату Элайзы и застаю ее с очень довольным выражением лица и с моим дневником в руках.

— Ой, а вот и наша несчастно влюблённая. — Заливается смехом. — Судя по твоему дневнику, этому Себасу до тебя вообще нет дела.

— Как ты посмела!? — я подбегаю к ней и силой вырываю дневник. Но Элайза очень крепко его держит и не хочет отпускать. Мы тянем красивую тетрадь в твёрдом переплете в разные стороны, и в итоге она рвётся.

Сестра и ее подружки заливаются смехом, а у меня по всему лицу текут слезы.