От заката до рассвета

— Нет, я так не согласна, — категорично заявляет. — А вдруг ты загадываешь мне что-то непристойное? Раздеться перед тобой, например. Или заняться с тобой сексом.

— Нет, обещаю, что мое желание будет не 18+. И даже не 16+.

Она все еще хмурится.

— Ну ладно, — наконец сдаётся. — Но только если точно не 16+ и уж тем более не 18+.

Я тянусь своими приборами к лягушке и отрезаю маленький кусочек. Мысленно перекрестившись, отправляю его в рот. Селеста пристально за мной наблюдает.

Начинаю жевать, смакую на языке и понимаю, что, черт возьми, это вкусно.

Правда, если не вспомнить о том, что это лягушка.

— Ну как? — нетерпеливо спрашивает.

Вот скажу ей сейчас, что вкусно, и она начнёт тыкать меня носом.

— Ну… Похоже курицу.

— Да, но нежнее. Намного нежнее курицы. — Она придвигает тарелку обратно к себе.

— Твоя лягушка нежная, как первый поцелуй, — тяну, стараясь сделать интонацию голоса романтичной.

Селеста резко замирает. Медленно поднимает на меня голову и смотрит широко округлёнными глазами.

— Что-то не так? — теперь уже я задаю этот вопрос.

— Расскажи мне о своём первом поцелуе.

— Эээм, я если честно не особо помню его.

— Сколько тебе было лет?

— Не знаю. Может, 12 или 13.

— И тебе он понравился?

— Ну, вроде да. Ну, скорее, я тащился от мысли о том, что я поцеловался.

— А с кем у тебя был первый поцелуй?

— С какой-то девчонкой в летнем лагере. Не помню, как ее звали.

Меня ее допрос про первый поцелуй немного удивляет. С чего это вдруг?

— А у тебя во сколько лет был первый поцелуй? — спрашиваю и смотрю на нее с любопытством.

— С мальчиком из моей школы.

И она возвращает своё внимание лягушке. Начинает ее резать с каким-то особым остервенением. Кажется, я задел ей больную мозоль.

— Какое у тебя желание? — сухо бросает, не глядя на меня.

— Очень легкое. Ты позволяешь мне заплатить за этот ужин.

Глава 12. Первый поцелуй

Мне все-таки приходится ответить перед Аптекарем через три недели после того, как я опустила Сюзанну головой в унитаз. Флёр снова заболела. Уже третий раз за два месяца. Градусник показывает почти 39, а свои лекарства у нас закончились. Андре должен был купить, когда ездил на выходные домой, но забыл. И вот я сижу у постели Флёр, прикладывая ей к голове холодный компресс.

Вообще, в таких случаях, когда кто-то сильно болеет, нужно идти будить директора школы, мадам Люмьер. Она вместе с учителями спит в соседнем от школы здании. Но ради Флёр, которая из бедной семьи и учится здесь по гранту, корыстная директриса и пальцем не ударит. Вот если бы я заболела, или Себас с Андре, то она бы прямо сейчас ночью поехала в ближайший город за лекарствами.

Я встаю с кровати Флёр, достаю из нашего тайника под половицей 20 евро и иду к мужчине в коридоре.

— Пропустите Себастиана Видаля в мою комнату.