От заката до рассвета

Я хватаю со стола свой телефон, лекарства и оставшиеся там лежать 80 евро.

— Если хоть кто-то в школе узнает, Себас живого места от тебя не оставит.

Я больше ничего ему не говорю, а пулей вылетаю из его комнаты и направляюсь в свою. Но меня резко начинает мутить, и я забегаю в общий женский туалет на этаже. Склоняюсь над унитазом, придерживая волосы и опустошаю желудок.

Через пять минут нажимаю смыв и подхожу к раковинам. Полоскаю рот, горло и хлопаю себя по щекам. Нельзя, чтобы Себас что-то заподозрил, иначе он действительно что-нибудь сломает Аптекарю, и тогда против нас ополчится вся школа. У Себастиана большой авторитет, но у Аптекаря еще больше.

Тихой кошкой выхожу из женского туалета и крадусь в свою комнату. Я не захлопывала дверь, а оставила ее слегка приоткрытой, поэтому сейчас я ее только аккуратно толкаю.

Себас сидит на кровати Флёр и одной рукой крепко держит ее ладонь, а второй гладит по лицу и волосам. Он делает это так нежно и так чутко. Меня он никогда так не касался.

А затем Себ и вовсе склоняется над Флёр и мягко целует ее в висок и в щеку. Меня он никогда так не целовал.

— Кхм, — я подаю голос, и Себас резко отстраняется от подруги. — Вот лекарства.

Себ быстро подскакивает и берет у меня из рук таблетки. Достаёт две из пластинки и засовывает их в рот Флёр. Затем приподнимает ее за голову и даёт запить водой.

— Ты можешь идти, Себ. Это очень сильное лекарство. Через десять минут температура спадёт. Я присмотрю за Флёр.

Он кивает головой и ставит стакан на тумбочку у кровати подруги. Затем резко хватает меня за руку и тащит в коридор. Там он прижимает меня к стене и нависает сверху.

— Что он попросил у тебя? — Стреляет в меня молниями. Переживает. Но только, как друг.

Себас округляет глаза.

— Все в порядке, Себ. Просто поцеловалась с ним и все. Не он первый, не он последний.

— Он точно попросил у тебя только поцелуй?

Его лицо сейчас очень близко к моему и дыхание с привкусом мятной жвачки опаляет меня.

— Да, Себ. Только поцелуй. Не переживай.

Он тяжело сглатывает и резко притягивает меня к себе.

— Кнопка, если я узнаю, что он попросил у тебя что-то больше поцелуя, я сломаю ему руки.

Я про себя хмыкаю. Если бы пять минут назад я не увидела, как Себас нежно целует Флёр, то подумала бы, что нравлюсь ему как девушка.

— Себ, все хорошо. Иди.

Себастиан отпускает меня и уходит в мужское крыло. Я захожу в свою комнату и закрываю дверь на ключ. А затем резко бегу в ванную, включаю воду в раковине и начинаю остервенело чистить зубы.

Я деру десны щеткой, что есть сил. Изо рта в раковину падает пена, но не белого цвета, а красного. Когда кровь наполняет рот, я отшвыриваю щетку в сторону и сгибаюсь от рыданий. Падаю у раковины на колени и прижимаю ко рту белоснежное полотенце, которое тут же становится красным.