Оттенки страсти

Он и подумать не мог, что жена примет все так близко к сердцу.

Впрочем, уже в следующую минуту он начисто об этом забыл. Столько дел вдруг навалилось сразу, и все надо успеть до отъезда. Но сейчас сцена в спальне Моны снова отчетливо всплыла в его памяти. Так куда же она все-таки собиралась? Зачем упаковывала вещи? Ответ напрашивается сам собой. Ведь она сама призналась ему, что знала, куда и на чем отправляется Алек. Итак, «Каримато», следующий курсом на Ямайку. Ну, конечно! Куда же еще? Ведь у брата там бунгало. Питер был знаком, по крайней мере, с двумя женщинами, которые в свое время точно так же купились на лживые посулы Алека, наверняка тоже рисовавшего им райские кущи на фоне океана.

Что-то вроде тайного медового месяца вдали от посторонних глаз. Наивные дурочки верили в то, что этот рай продлится всю жизнь. Но Алеку быстро наскучила что одна, что другая дама сердца, и он довольно бесцеремонно выставил обеих вон. Бедняжка Мона! Наверняка он готовил ей точно такую же участь. Можно представить себе, каково это проснуться однажды утром и обнаружить, что чародей изволил устать и не желает более заниматься сеансами магии со своей зачарованной жертвой. Вот так рассеивается цветное марево иллюзий, а на смену страсти приходит ненависть. Те двое! Сколько позора и унижений выпало на долю несчастных женщин! Свет отринул их с той же беспощадной легкостью, с которой они в свое время бросили все ради сомнительного приключения с Алеком. И вот мрачный финал скоропалительного романа: доброе имя втоптано в грязь, муж, дети, друзья – все отвернулись от них. Помнится, одна из этих жертв его брата даже обращалась к нему за помощью. И он был преисполнен сочувствием к ней и искренне восхищался ее отчаянными усилиями начать жить с нуля и заново построить то, что было так опрометчиво разрушено.

Ах, Мона, Мона! Неужели и ты позволила коснуться себя этим грязным рукам?

Или они казались тебе чистыми? И этот негодяй любил тебя так, как я не смел себе помыслить даже в самых сокровенных своих мечтах.

Да, скорее всего в Лондоне между ними что-то было. Вот уж, наверное, посмеялись всласть над обманутым мужем, так легко отпустившим жену к любовнику! Иначе с чего бы ей запирать двери собственной спальни в ночь накануне отъезда Алека? Разве он посмел хоть раз потревожить ее покой, особенно если она уже спит? Но запираться-то зачем? А затем, что они уже все спланировали.

Они собрались отплыть на Ямайку вместе! Итак, вина доказана, и высокий суд приступает к оглашению приговора.

Приговор! Питер чувствовал, что какая-то часть его души противится обвинениям и призывает к состраданию. Но! Справедливость должна восторжествовать! Разве не в этом смысл правосудия?

Кажется, кто-то произнес это слово вслух.