Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал!

Так говорит Фло. Да и я собственными глазами это видела.

Раманюк тяжко вздыхает, на мгновение прикрывая глаза.

— Дэль, давай так, — она снимает очки и откладывает их в сторону, — если твоя чересчур умная лисица что-то тебе рассказывает или ты сама что-то узнаёшь — ты немедленно делишься этими сведениями со мной. Ты мне чуть позже всё подробно расскажешь. Сейчас любая крупица знаний может спасти наш мир.

Я нервно сглатываю, перевожу взгляд на Рика, ища в нём поддержку. Он молча протягивает ладонь и сплетает наши пальцы. Мне кажется, что он даже делится своей силой, такое тепло разливается в груди. Киваю Интегре и взглядом прошу продолжить объяснения.

— Вот и славно! А теперь к сути. Воспользовавшись одной из разработок твоего отца, Дэль, — Интегра возвращает все мировые слои обратно, и теперь они напоминают привычное мне строение планеты, — я обнаружила, что с месяц назад произошёл не просто прорыв Граней, а, я бы сказала, исход. Из Гитриса к нам, в Марфарис.

На схеме тем временем мощный столб изумрудного огня прошил все слои миров, вплеснувшись в Марфарисе. На крутящейся проекции отчётливо видно, как вместе с зелёным снопом света, в этот мир долетели и фиолетовые искры, и тёмные, межгранные.

Я закрываю глаза и протяжно выдыхаю. Интегра не кажется мне плохим человеком. Наоборот, она искренне мне помогала, защитила с самого начала. Умолчала о странностях моей Фло. Вместе с этими мыслями приходит и решимость. Она должна знать.

— У меня есть очень важное заявление.

— Дэль, может, не сейчас? — глаза Дейрика распахиваются, а зрачки расширяются, когда он понимает, что я хочу сказать.

— Нет, надо. Дэра Раманюк, я не Дэль. Меня зовут Эльвира Пылаева, и месяц назад я и знать не знала о вашем мире. О пиримах. А магия для нас вообще нечто невозможное. Я и есть ваш прорыв.

Рик с шумом втягивает воздух, за ним проявляется Коготь. Атмосфера в комнате ощутимо накаляется. Напряжение такое, что я ощущаю разряды микротоков, что разливаются в воздухе.

На спине грифона сидит ошеломлённая Флоренс. Рыжуля прыгает взглядом с меня на Интегру, заглядывает в морду грозно смотрящего на куратора грифона. Да и Верндари выглядит так, будто готов напасть на дэру Раманюк.

— Спокойно! — рявкает на него Интегра. — Ничего я твоей девушке не сделаю!

Она обращает внимание на меня. Смотрит со смесью удивления и неверия. Так смотрят на внезапно появившегося посреди комнаты единорога. То ли за правду принять, то ли признать глюком и игнорировать.

— Значит, переселенка, — не спрашивает, констатирует Раманюк. Ставит локоть на стол и прикрывает рот ладонью. — Пе-ре-се-ленка.

Она словно в ступоре повторяет это слово. Раз за разом. Но при этом не делает ничего такого, что мы могли бы воспринять за угрозу.