Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал!

Огромное здание по форме напоминает перевёрнутый цветок сирени, каждый лепесток которого представляет отдельное крыло. А стебель поднимается ввысь и венчается шпилем, что я видела вчера.

К одному из лепестков и тащит меня Кери.

— Да я же не спорю, что Рик главный. Просто мне привычнее всё самой решать, — пожимаю я плечами.

Мы входим в обширное помещение овальной формы. По большому количеству расставленных столов и длиннющей линии раздачи я понимаю, что это столовая. Воздух здесь густо пропитан самыми разными запахами, от некоторых из них мой рот тут же наполняется слюной. А желудок вновь утробно напоминает о себе. Благо вокруг стоит такой шум, что его рулад никто не слышит.

— У нас пятнадцать минут на еду, — извещает меня Кери. — Я сейчас вернусь.

Я не успеваю её притормозить, как она убегает куда-то в дальний конец зала. Мне становится не по себе. Здесь столько народу, что я боюсь и шаг сделать, чтобы не привлечь к себе внимание. Мой взгляд скользит по столам, выцепляя группки студентов. И я замечаю, что у всех на кителях прицеплены звёзды — у кого деревянные, у кого золотые. У меня же нет никакой и, подозреваю, что это ещё один повод поиздеваться надо мной. Надо будет расспросить моих "коллег", почему я вне этой странной градации.

— Что застыла? Давай шустро набирай, — раздаётся над ухом недовольный голос Фло. — Я чую нашего красавчика, к нему и пойдём!

— Ты про Рика? — шёпотом уточняю я, лишь бы что-то спросить.

— А ты знаешь других?

— Тебе же сначала лев Хуча понравился, — резонно возражаю я.

Беру поднос и двигаюсь вдоль лотков, внимательно изучая их содержимое. И чем дальше продвигаюсь, тем больше удивляюсь. Тут такое разнообразие блюд, что глаза на лоб лезут. Причём встречаются и стейки, и лазанья, и другие блюда, больше подходящие для ужина, нежели для завтрака.

Я продолжаю привередливо высматривать себе еду, когда мой взгляд падает на лоток со знакомым гарниром.

Мама всегда любила экспериментировать на кухне. Мы с папой скептически смотрели на эти шедевры, в то время как сестра, наоборот, с энтузиазмом встречала новый рецепт. Чаще всего очередной мамин дебют заканчивался выбрасыванием продуктов в помойку. Но вот эта зелёная бурда, лежащая сейчас на лотке передо мной — это стало маминым коронным блюдом. Шпинат, тушённый в сливках с чесноком и сыром. У нас бои шли за последнюю ложку этой прелести.

И вот это простое блюдо становится последним шаром, что сшибает опоры моей выдержки. Страх, что я никогда не увижу свою семью, не обниму родителей и сестру, выкатывается из глубины сознания.

— А ну держись! — шикает на меня Фло, крутя головой по сторонам. — В конце концов, ты не одна, у тебя есть я.