Перси Джексон и Лабиринт смерти

Теперь, когда я сам побывал в лабиринте, я понял, до чего легко было призраку Миноса свести с ума Родригеса. Если б я очутился там один, как он, без друзей, я бы тоже, наверное, рехнулся.

— Очень досадно об этом говорить, — с трудом продолжал кентавр, — но вторая новость еще более неприятная. Из лагеря исчез Квинтус.

— Исчез? Но как он ухитрился?

— Это произошло три ночи назад. Ускользнул через лабиринт. Можжевелка видела, как он это сделал. Оказалось, твои подозрения насчет него были справедливы.

— Он шпионил тут на Луку!

И я рассказал Хирону о ранчо «Три — Г — Три», о том, как Квинтус покупал там скорпионов и снабжал ими армию Кроноса.

— Это не может быть простым совпадением.

— Сколько предательств! — Хирон испустил тяжелый вздох. — Я так надеялся, что Квинтус окажется нашим другом. Но оказалось, что судил я о нем неверно.

— А как поживает без него Миссис О'Лири?

— Слоняется вокруг арены мечников, не давая никому к ней приблизиться. У меня не хватает духу засадить ее в клетку. Э-э… или убить.

— Квинтус не мог бросить ее.

— Я уже сказал, Перси, мы в нем сильно ошиблись.

А сейчас хватит, тебе надо готовиться. Иди. Утром вам предстоит много дел. Тебе и Аннабет придется поработать.

Я ушел, оставив кентавра в кресле на колесиках, он печально смотрел на погасший камин. Я подумал о том, сколько времени Хирон провел здесь, ожидая возвращения тех, кому не суждено было вернуться.

Перед обедом я успел еще сбегать и взглянуть на арену мечников. Конечно же, Миссис О'Лири — большая черная мохнатая туша в самом центре поля — лежала там, свернувшись калачиком и рассеянно дожевывая голову игрушечного солдатика.

Едва завидев меня, она неуклюже вскочила и понеслась ко мне.

«Все, пропал!» — едва успел подумать я.

— Стоять! — едва успел воскликнуть я, как она уже прыгнула на меня и принялась облизывать мне лицо.

Конечно, будучи сыном Посейдона, я становлюсь мокрым, только если сам хочу, но, как оказалось, эти мои способности на собачьи слюни не распространяются. Поэтому сейчас мне здорово досталось. У меня было такое ощущение, будто я принял липкую ванну.

— Тпру, малышка! — заорал я снова. — Не дышать! Пошла прочь!

Наконец я ухитрился сбросить ее с себя, потом потрепал за ушами и выдал ей гигантскую собачью галету.

— А где ж твой хозяин? Как же это он оставил тебя одну?

Собака заскулила, а выражение, написанное на ее морде, говорило, что Миссис О'Лири тоже интересует этот вопрос. Я вполне готов был поверить, что Квинтус враг, но я никак не мог понять, почему он бросил Миссис О'Лири в лагере. Если я и был уверен в чем-либо насчет него, так это в том, что к своей мегасобаке он по-настоящему привязан.