Перси Джексон и Лабиринт смерти

Боевые топоры? Щиты? Сети? Огнемет?

По рядам зрителей прокатился смех, но Анаклузмос в ту же секунду оказался у меня в руках, и толпа чуть поутихла. В тусклом свете лезвие сверкнуло бронзой.

— Первый поединок! — объявил Антей.

Ворота стадиона распахнулись, и из них выползла драконица. В одной лапе она сжимала трезубец, а другой держала тяжелую сеть, классическое вооружение гладиатора. У нас в лагере ребята несколько лет тренируются, отрабатывая приемы на поражение противника с таким вооружением.

Испытывая мои силы, она попыталась нанести удар трезубцем. Я отскочил.

Тогда она бросила в меня сеть, пытаясь захватить ею мою руку с мечом, но я опять ускользнул в сторону. Перейдя в наступление, я одним ударом меча рассек ее трезубец на два обломка, а другим пронзил броню чудовища. С жалобным воем оно рассыпалось в пыль, и толпа тут же стихла.

— Не по правилам! — завопил Антей. — Слишком быстро! Ты должен спросить разрешения! Только когда я дам его, ты имеешь право поразить соперника насмерть!

Воспользовавшись паузой, я оглянулся на Рейчел и Аннабет. Необходимо найти способ освободить их, может, для этого мне постараться отвлечь внимание их охраны?

— Хороший бой, Перси, — улыбнулся мне Лука.

 — Ты научился лучше действовать мечом. Хвалю.

— Поединок второй! — объявил Антей. — И на этот раз помедленнее. Ты должен нас позабавить! Жди моего разрешения, прежде чем убить кого-нибудь, ПОНЯЛ?

Ворота снова распахнулись, и в этот раз из них появился молодой воин. Ненамного старше меня, лет примерно шестнадцати. Этот юноша с блестящими черными волосами и прикрытым повязкой левым глазом был так худощав и невысок, что греческие доспехи болтались на нем как на вешалке.

Он остановился, воткнул меч в землю арены, поправил перевязь щита и надвинул поглубже сплетенный из конского волоса шлем.

— Кто ты? — спросил я.

— Эфан Накамура. Я пришел убить тебя.

— Почему ты хочешь это сделать?

— Эй! — донеслось с трибун. — А ну прекратите болтать и начинайте сражаться.

— Мне необходимо доказать им мою силу! — быстро сказал Эфан. — А для этого есть только один путь.

И с этими словами он бросился в атаку. Наши мечи скрестились в воздухе, раздался звон, толпа завопила. Мне это дело совсем не нравилось, не хотел я сражаться ради того, чтобы развлечь кучу идиотов.

Но Эфан Накамура не давал мне времени на размышления.

Он продолжал наседать. И делал это, надо признать, весьма умело. Парня с таким именем, насколько мне известно, никогда не было в лагере полукровок, но школу он прошел хорошую. Он парировал мои удары и одновременно теснил меня щитом. В какой-то момент Накамура чуть не сбил меня с ног, и мне пришлось отпрыгнуть назад, спасаясь. Он нанес новый удар, я переместился вбок.