Песнь о Сиде

– Открыть коробку нельзя, все винты подключены к подпружиненным переключателям. Выкручиваешь винт и – бум!

Ивица ударил кулаком по столу. Вздрогнули все, кроме лысого и странного мужчины в дальнем углу. Первый никак не отреагировал, а второй снова улыбнулся, будто бы получив удовольствие от испуга окружающих.

– Просверлите, – предложил лысый.

– Тот же снимок. Видите внутренний контур стенок? Фольга. Будем сверлить – замкнем цепь.

Лысый вздохнул и задумался. Подпевалы последовали его примеру.

– Диэлектрическое сверло?

Подпевалы обрадовались идее шефа и испытующе уставились на Ивицу.

– Рваные края фольги, – парировал он. – Могут вызвать тот же эффект. А еще там кнопки на размыкание, как в холодильниках: снимешь крышку – загорится свет. В нашем случае – бум.

– А что за тумблеры на втором снимке? – поинтересовался лысый.

– Понятия не имею, – признался Ивица. – Провода от них идут к мозгам бомбы. Вероятно, они могут отключить ее, если знать, в каком порядке жать.

Лысый поднял снимок со стола и присмотрелся внимательно.

– Но мы не знаем, – вздохнул он.

– Думаю, знает только тот, кто ее сделал.

– Можно ее залить чем-нибудь и деактивировать?

– Снимок три, поплавковый датчик.

– Как будто из унитаза, – вглядываясь, заметил лысый.

– То есть бомба из холодильника и унитаза угрожает символу свободы нашей страны? Иронично.

Ивице показалось, что лысый едва заметно улыбнулся. Он покосился на странного парня в углу. Тот вообще едва сдерживался, чтобы не расхохотаться, буквально закрывал рот ладонью.

– Вы хоть в чем-то уверены? – в голосе лысого проскользнула требовательная раздраженность.

– На всех снимках есть темное пятно, видите? Это коробка с мозгами. Сделана из какого-то очень твердого металла, наверное, или из чего-то, что не просвечивается рентгеном. Я не знаю, я не специалист в этом. Внутри может быть что угодно.

– Например, датчик наклона?

– Например. А может, и таймер. Или таймер с датчиком атмосферного давления.

– Опять-таки – чтобы не залить, не применить какой-нибудь газ или черт его знает что… Не все бомбы можно обезвредить, – после некоторой паузы все-таки пояснил Ивица.

– Но этого всего может и не быть, верно? – сделал вывод лысый.

– Это же не казино. Мы не можем делать ставки.

– Именно. Поэтому вы попробуете ее обезвредить. Если есть малейший шанс на успех, мы должны его использовать.

– Вы должны, вы и используйте, – возразил Ивица.

– Вы всегда можете отказаться, – кивнул лысый. – И вы знаете, что будет дальше. Шанс, о котором я говорю, это и ваш шанс остаться на свободе.

Ивица вздохнул и запрокинул голову. Выбора на самом деле нет.