Песнь о Сиде

 – Что дальше?

– Я вас поймал, – пожевал губами мужчина. – Нет, я не просто вас поймал. Я очень долго вас ловил – и поймал. Неуловимых близнецов Абэ.

– Да, хорошо, что дальше?

– Дальше? А дальше хефе открутит мне яйца за то, что будет дальше.

– М? – не понял Тору.

– Я хочу предложить вам работу.

– Мы можем отказаться?

– О, конечно, амиго! – почему-то обрадовался мужчина и жутко оскалился. – В нашей республике демократия! Я покину свой пост, а ты как новый эль капитан будешь улаживать дипломатические сложности! И я думаю, их будет много!

– Как ты его покинешь? Мы на одном самолете.

– Так же, амиго, как я попал в кабину. У меня тоже есть кое-какие волшебные штуки. Как только самолет приземлится, я прямо-таки растворюсь в воздухе! Здорово, а?!

– Ясно, – вздохнул Тору. – А что за работа?

– Ох, ты еще пожалеешь, что согласился, амиго! Лучше тюрьма!

Денни еще раз пробежался взглядом по бумагам, но опять не нашел никаких причин отказать. С бумагами все в порядке, но вот эти ребята…

Денни поднял глаза, снова осмотрел посетителей. Один выглядел великолепно. Настолько великолепно, что впервые за свою жизнь доктор готов был применить расхожую психологическую шутку о латентном гомосексуализме к самому себе.

Идеально сложенный мужчина, с очень тщательной, маниакально педантичной небрежностью в одежде и прическе, с ослепительной, очаровательнейшей улыбкой. Он даже в кресле сидел так, будто вокруг него фотографы, жадно ловящие каждый кадр. Причем эти кадры – самое редкое, что есть на Земле, и утрата хотя бы одного будет считаться преступлением против человечества.

Второй – полная противоположность. Смотреть на него не хотелось, от него будто исходили флюиды опасности и безумия. Особенно ужасала ненормальная, неестественно широкая улыбка. Денни вспомнил, как в детстве ночью читал про Гуинплена.

– Итак, доктор Ульссон, мы можем увидеть Хелен? – спросил Томас и обаятельно улыбнулся.

– Ну, не вижу повода отказать, – сдался Денни. – Хотя я буду настаивать на ряде правил…

– Правила, – усмехнулся второй гость, и Денни не смог сдержаться, его передернуло от жуткого звука голоса. – Мы очень любим правила, доктор! Да!

– Прекрасно. Правило первое: вы не должны возбуждать пациентку.

Томас кивнул, Сид посмотрел на него и хмыкнул, подавляя смех.

– Не в том смысле, – зачем-то очень глупо уточнил Денни. – Не делайте ничего, что может привести ее в возбужденное состояние. Никаких резких движений, громких звуков, не давите на нее, не огорчайте, не…

– Я как будто к бабуле в гости пришел, – хмыкнул Сид. – Ее тоже нельзя было огорчать.

– Что ж, тогда, думаю, принцип вам понятен.