Расплачивайся. Сейчас.

Не понимая, зачем он это сделал, я подняла голову, осознавая, что он почему-то смотрел куда-то вправо. Уже теперь чувствуя от него что-то странное, непонятное, но мощное, из-за чего Матео сейчас сам на себя не был похож, я тоже перевела туда взгляд. Видя, что мы остановились как раз около того помещения, где проводился аукцион.

- Это ты, - произнес он, смотря на картины. Тем голосом, от которого по телу скользнули угли. Я вообще ни разу не слышала, чтобы у Лонго был такой голос.

Картины все еще висели на стенах, но зал уже теперь был практически пустой. Там находились лишь работники выставки.

"

"- Ты меня узнал? – спросила, ладонью, прикасаясь к стене и смотря внутрь помещения. Когда тут не было настолько много людей, приходило осознание того, насколько этот зал огромный.

- Как? – Лонго медленно перевел на меня взгляд. И даже он ощущался, как ожог. Но практически сразу Матео вновь посмотрел на картины.

- Художник, чьи картины были на этой выставке, некогда мне очень помог. И я работала у него, - произнесла, после чего решила, что будет правильным добавить: - Это было в тот период, когда мы с тобой расстались.

- И какие же между вами отношения, раз он тебя рисовал? – почему-то этот вопрос ощущался, как клыки безжалостно сомкнувшиеся на шее.

- Дружеские. Я же говорила, что, пока мы не виделись, других парней у меня не было.

Лонго посмотрел на меня. Сделал это так, что, почему-то, в груди расплылось что-то невыносимо тревожное. Но, он ничего не сказал. Взял меня за руку и потянул за собой в этот зал.

- Я покупаю эти картины, - сказал он работнику выставки. Не спрашивая о том, сколько они стоят. Ставя перед фактом. – Все три.

- К сожалению, они уже проданы, - пожилой мужчина доброжелательно улыбнулся.

Но, видя Матео, казалось, пытался говорить осторожнее. – Вы опоздали. Только что проходил аукцион, на котором они ушли по рекордно высокой стоимости. Но, есть другие картины, которые…

- Кто их купил? - черты лица Лонго заволокло тем, что веяло мраком и адом. Возможно, я впервые видела в его глазах такую ярость. От нее становилось по-настоящему страшно. Что вообще с ним происходит?

- Все три картины купил один человек. Сеньор Данте Конто.

Услышав это, я почему-то почувствовала, как по спине пробежал холодок, но сейчас мое внимание было сконцентрировано на ином.

На Лонго. На том, что его глаза стали практически черными, а черты лица приобрели жуткий вид.

- Конто еще тут?

- К сожалению, нет, - ответил мужчина, но, прежде чем, он еще что-то сказал, к нам подошла какая-то женщина.

- Простите, вы ведь Мирела Верди? – спросила она. – Сеньор Конто после аукциона долго ждал вас. В итоге ему пришлось уехать, но он просил вам кое-что передать.

Она взяла со стола красивую черную коробку и передала ее.