Расплачивайся. Сейчас.

Одной ладонью зарываясь в волосы на затылке, сжимая их и своими губами набрасываясь на мои. Жарко. Жестко. До нещадного жжения на губах. Так, что у меня дыхание перехватило и я вся начала дрожать, чувствуя, как меня безжалостно сокрушало и в тот же момент тела касались приятные, пусть и раскаленные огни. Усугубляя это тем, как Матео языком проник в мой рот, держа вторую ладонь на моем бедре и сжимая попу. И это уже был не просто поцелуй. Что-то куда большее. Важнее воздуха и сердцебиения. Ощущающееся, как взрыв, проходящий через каждую клетку тела, но все равно его было мало. До такой степени, что ломать начинало.

Кажется, я рвано выдохнула и пальцами вцепилась в рубашку Лонго, в то время, как он рывком задрал мою майку до ключиц. Обнажая грудь. Тут же набрасываясь на нее поцелуями. Прикусывая сосок. Вбирая его в рот и обводя языком. Проводя ладонью по спине и затем достаточно жестко за талию удерживая в таком положении, не позволяя в судорожном жаре отстраниться от него. Лишь задыхаться от собственных стонов и царапать его плечи, сквозь ткань рубашки.

Через плотную, пьянящую дымку в сознании, я почувствовала, что Лонго немного сильнее сжал мои волосы. Заставляя запрокинуть голову и посмотреть на него. Увидеть уже сейчас не голубые, а темно серые, практически не человеческие глаза. Почему-то от этого дыхание перехватило и я, словно завороженная замерла.

- С этого момента я опять имею полное право на всю тебя, - Матео наклонился к моему уху и его тяжелый, хриплый голос прошел по нервным окончаниям. – Верно, Мирела?

- Ты… ты всегда имел это право, - я сама не поняла, как эти слова сорвались с моих губ. Наверное, я просто не была в состоянии сдержать собственные мысли. Они сорвались с губ, предательски давая понять Матео, что даже в период нашего расставания я не могла не считать себя не принадлежащей ему. Хоть и отчаянно пыталась это делать.

Сколько же усилий было потрачено. Две недели порознь. Выстраивание стены между нами, но в итоге от всего этого лишь боль. И уже сейчас так отчаянно хотелось исцеления.

- Даже так? – Матео медленно губами прикоснулся к моей щеке. Затем, к виску и скуле. – Молодец, моя Мирела. Я охренеть, как обожаю тебя."

"В душном, жарком воздухе меня пронзило током. Особенно, когда Матео губами опустился к моей шее. Буквально набросился на нее делая то, от чего, скорее всего позже на коже появятся покраснения, его метки. Слишком горячо, безумно. Свободной ладонью сжимая мою ногу под коленкой и сильнее отводя ее в сторону. Так, что я стала еще более открытой перед Лонго. До безобразия беззащитной. Но именно это будоражило сильнее всего. Пропускало огонь под кожей. Заставляло задыхаться в ожидании того, что может быть настолько безжалостным и в тот же момент возносящим до небес.