Расплачивайся. Сейчас.

- Мам, что происходит? – испуганно спросила Велия. Ее и Джину тоже поставили на колени рядом с мачехой. – Кто эти люди?

- Мирела… что это значит? Какого черта, ты, никчемная задумала? Ты хоть понимаешь, что с тобой за такое будет? – это уже был крик Джины. Она не сразу меня узнала. Все-таки я изменилась. Ожоги сошли, но, когда она поняла, что это я, ее лицо исказилось яростью.

- Замолчи, Джина! – мачеха сказала это резко. Громко. И как-то истошно, с нотками сильной паники.

- Но, мам, она…

- Молчи. Слышишь, молчи! И ты, Велия, тоже.

Взгляды и эмоции сестер сильно изменились. Словно они ничего не понимали, но тревога их матери, сильно полоснула по девушкам. Так, что они замерли. Даже дышать перестали. Вновь ошарашено посмотрели на меня. И только после этого на Матео. И, судя по их взглядам, они его узнали.

- Пожалуйста, отпусти нас, - Илерия попыталась поднять голову. – Ты ведь тут из-за того, что я попросила у Миры отдать мне землю во Фьезоле? Произошла ошибка. Я… Она просто не так все поняла. Просто я считала, что ей эта территория без надобности. Но я бы за нее заплатила. И для Миры так было бы лучше. Она бы на эти деньги смогла бы купить себе новое, хорошее жилье.

У меня мысли вспыхнули и эмоционально обожгло. Как она могла прямо при мне так лгать? Сжав ладони в кулаки, я уже хотела многое сказать, как ладонь Матео сильнее сжалась на моей ноге. Не сильно. Лишь, так, чтобы я посмотрела на него. Ощутила в его взгляде то, из-за чего в итоге промолчала. Почувствовала то, из-за чего дала ему возможность разобраться с этим.

- Я был рядом с Мирой, во время вашего телефонного разговора и все слышал.

Те эмоции, которые мачеха пыталась выстроить на своем лице, тут же потухли. Исказились. Изувечились и вновь вспыхнули страхом.

- Я просто считала, что ей эта земля не нужна. Она бы все равно пустовала.

- Или ты привыкла все забирать у Мирелы. Точно так же, как и отняла ее наследство.

- Мама ничего не забирала, - вспыхнула Велия, сжимая края шелкового халата, чтобы они не скользнули в стороны. – Все, что у нас есть, заработано мамой.

Лонго холодным, безразличным взглядом посмотрел на Велию, затем перевел его на мою мачеху.

- Вижу, твои дочери умом не блещут.

- Ничего из того, что принадлежало Миреле, я не брала, - мачеха ногтями вновь провела по мрамору, так, что у нее пальцы побелели. Когда я говорила про отнятое наследство, она вспыхивала яростью, а сейчас говорила так непривычно осторожно. – Мирела ошибочно что-то там себе надумала и еще тебе это внушила. А я… Для меня это оскорбительно. Я же годами пыталась ей помочь…

Мачеха замолчала, когда один из мужчин бросил на пол перед ней какие-то бумаги. Илерии даже дали сесть, чтобы она прочитала то, что там написано.