Петля Сергея Нестерова

 – Лица, на которых я указал, не подчинились законным требованиям представителя власти, допустив в его адрес оскорбления и угрозы физической расправы, что является противоправными деяниями. Поэтому я должен их задержать и доставить для составления протокола и дальнейшего рассмотрения материалов по существу.

Офицер милиции обвел комитетчиков взглядом, проверяя реакцию.

– Будете противодействовать – использую для выполнения поставленной мне задачи все имеющиеся в распоряжении силы и средства, вплоть до применения оружия. Полагаю, однако, не в ваших интересах усугублять ситуацию, учитывая состояние, в котором вы находитесь, – он иронично улыбнулся, завершая свое выступление. – Предлагаю: спокойно покинуть помещение, а указанным мной лицам пройти с нами в отделение. Здесь недалеко.

Численное преимущество было на стороне чекистов, но они понимали, что капитан рассчитал все правильно.

Ситуацию взял в свои руки Поздняков.

– Сомов, расплачиваешься за ужин. Остальным разойтись по домам и быть на телефонах. Я остаюсь с Семушкиным и Нестеровым. Выполнять!

Серьезность положения была более чем понятна. Уже через несколько минут за их столиками никого не осталось, а Поздняков, Семушкин и Нестеров оказались в окружении милиционеров.

Михалыч хорошо понимал, что дело пахнет скандалом с оргвыводами и последствиями. А как по-другому? Коллективная пьянка, конфликт с милицией – серьезный повод для разбирательств по всем линиям. Подключится большой партком: изучат морально-психологическую обстановку в коллективе, оценят роль руководителей, под микроскопом исследуют деятельность секретаря и членов партбюро. Тут же, не отходя от кассы, разберутся с персоналиями: Семушкина, бедного, вообще с дерьмом смешают, как зачинщика; Нестерова переведут не в ПГУ, а куда-нибудь в ХОЗУ портянки считать. Если не выгонят, конечно. Ну, а ему…

Поздняков, взяв под руку капитана, отвел его в сторону и стал что-то доверительно рассказывать, убеждать, просить. Не было случая, чтобы кто-нибудь ему отказал. Но, судя по выражению лица эмвэдэшника, все старания были тщетны. В то же время возвращаться к задержанным и подчиненным капитан почему-то не спешил. Он даже стал поддерживать разговор.

Лейтенант, с которого и началась история, подошел к Нестерову.

– Так кто из нас хрен, старлей? Чего глазки таращишь? Очень я тебя испугался, ути-пуси… Погоди, сука, ты еще у меня наплачешься, долго будешь помнить нашу встречу. Слабачок ты, старлей… Сам-то ничего не стоишь, соплей можно перебить, вот ты за спины дружков и прячешься. А еще, говорят, вас там всяким приемчикам учат. Врут, видать, суки… Засранцы вы все, засранцы! Что зубками скрипишь? Все равно ничего не сделаешь. Плюнуть на тебя и растереть.