Пленительные наслаждения

– Я просила вас называть меня Габби, – нерешительно произнесла она.

Лицо мистера Дьюленда было таким неприступным. Должно быть, он считает ее пустомелей. Ей надо бы помнить, что следует придерживать язык, когда разговариваешь со своим деверем. Слава Богу, что она выходит замуж за Питера, а не за него! От этой мысли она повеселела.

– Габби… – задумчиво повторил Квил. – Вам подходит это имя.

Ее будущий деверь вдруг улыбнулся. В ответ она робко улыбнулась ему.

– Я постараюсь не болтать слишком много…

– А мне нравится, как мисс Габби рассказывает, – вклинилась в разговор Феба.

Взрослые от неожиданности потупили глаза. «Боже мой, – подумала Габби, – я совсем забыла о ребенке!» Она снова взглянула на своего будущего родственника.

– Вы позволите взять с собой Фебу? Мы можем известить миссис Юинг через стюарда.

Квил оглядел причал.

– Похоже, у нас нет выбора.

Габби изо всех сил пыталась прочесть что-нибудь на его лице. Чтобы лицо ничего не выражало – такого она еще не видела! Только когда он улыбался, у него оживали глаза. Темные зелено-серые глаза Эрскина Дьюленда напоминали ей океан, когда он бывает гладкий как стекло.

Мистер Дьюленд больше не сказал ей ни слова. Он подошел к стюарду и о чем-то заговорил с ним.

Габби присела на корточки рядом с девочкой.

– Феба, я боюсь, что твоя новая мама не получила послание и не знает, что мы уже в Лондоне. Но я буду очень рада, если ты поедешь со мной. Ты согласна?

Девочка кивнула. Она готова была расплакаться.

– Ты будешь со мной, пока мы не найдем твою маму, – пообещала Габби, ласково ее обнимая. – Я не оставлю тебя одну, карамелька моя сладкая!

Желтые, как лютики, кудряшки коснулись ее плеча. Затем Феба выпрямилась.

– Моя няня говорила, что английские женщины никогда не показывают своих чувств, – сказала она, сдерживая слезы.

– Мне ничего не известно об этом, – удивилась Габби. – Я немножко боюсь встречи с Питером. И уже тоскую по Кази-Рао. Мне ужасно недостает моего старого друга. Я бы чувствовала себя намного увереннее, если б он был рядом со мной, как и ты.

Феба, преисполненная собственной значимости, взяла Габби за руку.

– Не беспокойтесь. Я не оставлю вас одну. Но думаю, вам нужно подобрать волосы. Они опять растрепались.

Габби провела рукой по волосам.

Она сознательно не прикасалась к ним с самого утра, после того как соорудила на голове замысловатую прическу, надеясь встретить Питера в наилучшем виде. Сдернув шляпку, она попросила Фебу подержать ее.

По многолетнему опыту Габби знала: единственный способ создать из ее буйной гривы что-нибудь приемлемое – это начать с нуля.

Квил закончил беседу со стюардом и повернулся, чтобы уйти, но не смог сдвинуться с места. Его глаза были прикованы к Габриэле Дженингем.