Пленительные наслаждения

– В нашем доме не было столов с тиграми, хотя я всю жизнь провела в Индии. И вообще раньше я никогда не видела подобной мебели. Я даже не припомню, чтобы кто-то позволил себе такое… такое расточительство.

Квил был серьезен, но глаза его смеялись.

– Я вынужден вас попросить не открывать сей неприятной правды моей матери, – пробурчал он, облокотившись на каминную полку. – Видите ли, все эти экстравагантные сокровища стоили порядка пятидесяти тысяч фунтов. Если моя мать когда-нибудь узнает, что большинство ее «индийских» шедевров сделаны в Саутгемптоне Фредом Пинклом, столяром-краснодеревщиком, ее хватит удар.

– Вы знаете имя мебельщика? Значит, вы проводили сыск!

– Я бы не назвал это сыском, – пожал плечами Квил. Он перешел от камина к высокому креслу, чтобы прислониться теперь к его спинке. – Как давний пайщик Ост-Индской компании, я имею весьма неплохое представление о товарах, которые можно купить в тех краях.

– Пайщик Ост-Индской компании? – Габби нахмурилась.

Квил посмотрел на нее, немало удивленный ее тоном. Первый раз с тех пор как они встретились, в ее глазах блеснул сердитый огонек.

– Вам это неприятно по какой-то причине, мисс Дженингем?

Габби подняла подбородок и спокойно встретила его взгляд.

– Нет, конечно, нет! Это меня не касается. Но не будете ли вы так любезны называть меня Габби, мистер Дьюленд? Ведь скоро мы будем одной семьей.

Квил, должно быть, вообразил, что его упрекают, и распрямился. Его нога посылала ему резкие сигналы, напоминая о продолжительной езде в экипаже, причем туда и обратно.

– Габби… – повторил он. – Тогда вы должны называть меня Квил.

– Квил? Какое очаровательное имя!

– Очаровательное? В самом деле? Или это что-то сродни очарованию этой комнаты?

Габби хихикнула, издав обворожительный звук, похожий на тихое кудахтанье.

– Поймали на слове, мистер Дьюл… Квил. – Она сделала паузу. – Можно вас спросить?

– У вас что, болит нога? – нерешительно произнесла она. Вдруг вопрос покажется ему оскорбительным и неуместным?

Действительно, Квил мог бы ответить ей, что так оно и есть. Но все дело в том, что ни одна английская леди не задала бы вопрос такого личного характера мужчине, тем более – малознакомому. Квил скривился в неприветливой усмешке. Определенно, эта девушка камня на камне не оставит от привычного уклада семейства Дьюлендов.

– Я пострадал в дорожной катастрофе шесть лет назад. К счастью, теперь уже почти поправился. В той мере, чтобы достаточно свободно ходить. Но мне трудно стоять в течение длительного времени.

Карие глаза Габби засветились сочувствием.

– Так что ж вы не сядете? Неразумный вы человек!

Феба, бродившая по комнате и рассматривавшая украшения на мебели виконтессы – множество лежащих львов и тигров, – подошла к Габби.