Пленительные наслаждения

Она качнулась, задыхаясь, но не отвергла его. И он завладел ее губами, вкушая их сладость, пробуя то, что не было невинностью, но только желанием.

Когда он снова поднял голову, Эмили даже не пыталась вырваться.

– Я хочу, чтобы вы вышли за меня замуж! – выпалил он.

Она не сказала ничего.

– Простите, – неловко извинился Люсьен, – я должен был сделать это в другой форме. Миссис Юинг, окажите мне честь, будьте моей женой.

Эмили тяжело сглотнула. В последние месяцы она много думала о Люсьене Боше. Зачем он напросился к ней на ленч и что заставляет его приходить к ней каждый вторник? У нее было два объяснения. Или он владелец конкурирующего журнала, или распутник, присматривающийся к ней, чтобы превратить ее в падшую женщину. В общем и целом она склонялась к последнему объяснению. О замужестве она никогда и не думала.

– У меня нет приданого, – нахмурилась она. – Отец выгнал меня из дому два года назад. Он выделил нам с сестрой небольшую сумму и заявил, что больше денег не даст. И с тех пор он не изменил решения.

– Ваш отец – бесчувственный чурбан. – Люсьен снова взял ее руку и прижал к губам.

– Я не могу выйти за вас замуж, – грустно вздохнула Эмили. – Мы с Луизой изгои. Общество отвергло нас. У меня нет никого, кроме нее и Фебы, и я несу за них ответственность.

Он опять прижался к ее губам.

– Эмили, у меня тоже никого нет. Я хочу видеть вас хозяйкой в моем доме. Мне не нужно никакого приданого.

Люсьен вдруг вспомнил, что ему не следует жениться, и осекся. Эмили поднесла дрожащую руку к его плечу и мягко спросила:

– Но когда-то у вас была семья?

Боль в его глазах ослепляла, и Эмили отвела взгляд.

– У меня была жена… ее звали Фелиция. Я не смог ее уберечь… ее и сына Мишеля. В то время я был далеко от них. Я пытался обеспечить им проезд в Англию, но не смог, и они…

– Погибли, – закончила за него Эмили. – Простите, Люсьен. – Она качнулась к нему в порыве сострадания и обняла. – Отныне они живут здесь. – Она приложила руку к его сердцу, и ее прекрасные глаза наполнились слезами.

Люсьен проклинал себя – он давно не плакал. Много лет. У него не было слез и тогда, когда он в отчаянии пробирался сквозь обуглившиеся руины замка, узнав о гибели жены и сына. Он не плакал, обнаружив их мертвыми в объятиях друг друга и похоронив в одной могиле.

Эмили плакала сейчас за него. Плечи ее подрагивали, по щекам сбегали крупные слезы. Когда она прижалась лицом к его плечу, его руки сами собой обвились вокруг ее тела.

– Прошло уже много лет, – горько произнес он.

– Такие вещи не подвластны времени.

– Вероятно, вы правы. Я не должен был просить вас выйти за меня замуж, милая. Я вам не подхожу. Хотя… хотя… вы… – Он опять запнулся.

Это было все, что сказала Эмили. Она перестала плакать.