Пленительные наслаждения

На ней было платье из желтоватого итальянского газа, посаженное на креп чуть более темного оттенка, со вставками в виде янтарных лент и бисером на лифе и рукавах. Своей оригинальностью ее наряд превосходил все туалеты, какие леди Фестер видела в этот вечер. Несомненно, столь божественный наряд будет детально проанализирован в следующем номере «Ля бель ассамбле». Хозяйка дома и сама мечтала о такой чести, а сейчас чуть не ослепла от зависти.

– Рада видеть вас, миссис Юинг, – почтительно обратилась к ней леди Фестер. Платье одержало победу.

– Должен вам сказать, если вы еще не заметили, – прошептал Люсьен Эмили на ухо, когда они прошли в залу, – там, у входа, стоял настоящий дракон.

И вы только что его миновали.

– Разве могло быть иначе? – Эмили подняла на него сияющие глаза. – Ведь рядом со мной истребитель драконов.

– В данном случае у меня как раз не было полной уверенности. Вы хотите танцевать?

Эмили замялась, оглядывая зал. Какое разнообразие нарядов! Здесь были представлены все фасоны – и строго классические, и кокетливые, с украшениями в виде атласных роз и кружев вокруг декольте. Некоторые декольте были настолько глубокими, что между ожерельями на шее и поясом у талии оставалась лишь узкая полоска материи.

– О Боже, какая красота! – вздохнула Эмили и вдруг схватила Люсьена за руку. – Мистер Бош, вы, случайно, не знаете, кто та молодая дама с высокой прической?

– На ваше счастье, я с ней знаком и готов представить вас, – неодобрительно нахмурился Люсьен.

Он поклонился Сесилии Морган, и через несколько минут Эмили с Сесилией – или Сисси, как сия дама велела Эмили ее называть, – уже обсуждали достоинства и недостатки современной моды. Мужчин на время попросили отойти в сторонку.

Люсьен с изумлением наблюдал, как Эмили, с таким трудом поддавшаяся уговорам пойти на бал, очаровывала то самое общество, которое ее отвергло. Игнорируя холодность первых приветствий, она быстро заражала женщин своим интересом к моде. Люсьен внезапно почувствовал щемящую боль в сердце. Место Эмили – не в крошечном домике с обшарпанной мебелью и двумя-тремя слугами, а здесь, в роскошном дворце. Наконец он вытянул ее из «дискуссионного клуба» и увлек на паркет.

Эмили плыла в его объятиях, такая же элегантная в танце, как и в одежде.

Пока они вальсировали по залу, ее газовое платье то захлестывалось вокруг его ног, то облаком взметалось ввысь. Он был убежден, что они с Эмили танцуют лучше всех в зале. Эта мысль вызывала в нем пьянящее чувство, хотя и не столь сильное, как от ощущения хрупкого тела, которое он держал в своих руках.

Габби улыбнулась одними уголками рта. От этой милой улыбки лицо ее сразу расцвело. Питер был удивлен – оказывается, не он один ждал этого события. «Держи ухо востро», – сказал он себе.