Пленница Палача

Жалость, слабость, способность к состраданию, трусость и страх… Но, несмотря на эту закалку, то, чему я стал свидетелем позже, оказалось невыносимо пережить, оставаясь в своём уме. И тогда впервые я начал абстрагироваться. Построил стену между своим "я" и той новой личностью, что обязана была без доли сомнения, в случае необходимости, убить мирного жителя, который случайно обнаружил наш отряд в стане противника.

Звучит бесчеловечно?

Но на войне иные законы - убей или будь раскрыт. Убей, или провали операцию. Потеряй ещё больше жизней своих товарищей.

В пекле нет места колебаниям и страху.

Нас учили, что страх - это защитная реакция организма. Стремление к самосохранению зашито в подкорку мозга настолько глубоко, что полностью избавиться от него невозможно.

Паника и страх за жизнь делают бойца бессильным, лишают воли.

"Победи страх, и ты одолеешь врага" – девиз спецназа.

Как это не удивительно - совладать со страхом смерти можно только приняв его. Осознав, что на войне ты можешь умереть в любой момент. Со временем смерть перестаёт казаться чем-то страшным. Превращается в рутину, и ты начинаешь смотреть на неё, как на закономерный итог жизни...

- Босс? - чья-то рука ложится мне на плечо и слегка сдавливает его.

Тело, ещё не вышедшее из состояния сна, реагирует быстрее разума. Инстинкты. Навыки, перешедшие в спиной мозг. Отражать нападение для меня также просто, как дышать. Тело делает это само - не задумываясь.

В следующий момент Леван лежит, уткнувшись лицом в мой стол, а нож, который я всегда держу под рукой, натягивает кожу возле его сонной артерии.

- Никогда не подкрадывайся ко мне, - спокойно говорю ему я. - Ты же знаешь правила.

Я выдыхаю, приходя в себя. Отпускаю помощника и убираю нож.

Леван потирает шею, распрямляется.

- Мне вот интересно, - он прищуривается, внимательно глядя на меня. - Как ты до сих пор не убил девчонку Долотова? Говорил, что у тебя проблемы с самоконтролем во сне. А она...

- Не твоё дело, Леван, - говорю, не глядя на него. - Как я сплю со своими шлюхами.

- В том-то и дело, что раньше ты никогда ни с кем не спал, а теперь...

Перевожу дыхание. Чего он добивается?

- Мне кажется, ты забываешься, - холодно отвечаю я. Поигрываю ножом в руках. - Ты намекаешь на что-то? Думаешь, она какая-то особенная?

- Извини, босс, - Леван опускает взгляд. Но он не обманет меня напускным смирением. - Просто парни интересуются... Ты обещал, что, когда она станет не нужна, ты избавишься от неё. Она слишком много знает... слишком опасна для всех нас...

- Это парни интересуются? - я поднимаю бровь. - Или ты?

Леван молчит, видимо, уже жалея, что вообще завёл этот разговор.

- Я всегда исполняю свои обещания, - продолжаю я после недолгого молчания. - Я говорил тебе, что однажды мы встанем во главе этого города? Мы это сделали.