Пленница Палача

– Они в жизни не пригодятся!

- Ты очень ошибаешься, Амир, - качает головой Андрей, глядя вперёд на дорогу.

- В моём деле никакие тучки и утёсы уж точно не помогут! – с жаром заявляю я, припоминая стих Лермонтова, который нас заставляли выучить.

- В каком таком «твоём деле»? – усмехается Андрей.

- В военном, - не задумываясь отвечаю я. – Я солдатом хочу быть, как ты! А не всё это дерьмо про поэтов заучивать!

- Эй! – осекает меня он. – За словами следи! С нами же Лида! – он смотрит в зеркало заднего вида на дочь. – И с чего ты взял, что воюют исключительно кулаками, а?

Я хмурюсь, не понимая, к чему он клонит.

- А чем же ещё? Автоматами? – спрашиваю.

- Нет, Амирка, - грустно улыбается Андрей. – Воюют мозгами. В первую очередь. А уж потом кулаками.

Я насуплено смотрю в окно. Ерунда какая-то

- Ну вот представь, - мужчина включает поворотник. – Ты сильный. Храбрый. Но врагов вокруг тебя в два раза больше. Или в три раза. А может быть, ещё и в десять. Тут уже никакие кулаки не помогут.

- Да? – поворачиваюсь к нему лицом. – А что поможет?

- Смекалка. Ум, - Андрей тоже поворачивается и подмигивает мне. – В первую очередь в военном деле нужно знать, как врага перехитрить. Как усыпить его бдительность, и только потом уже нападать, понимаешь?

Я только смутно догадываюсь, что он имеет ввиду, но всё равно киваю в ответ. А то подумает, что я маленький и ничего не понимаю.

- И нападать тоже нужно знать, когда, - продолжает наставлять он. - Если противник превосходит тебя числом и силой, то нужно сперва усыпить его бдительность, а уже потом предпринимать ответные действия.

- И как же этому научиться? – интересуюсь я. – Уж точно в глупых стишках на это ответа нет!

- Зря ты так думаешь, - загадочно отвечает он. – Ты вот знаешь, что Лермонтов сам был гвардейцем? Военным. И много лет провёл в землях, откуда родом ты сам.

Я удивлённо слушаю рассказ Андрея о жизни ненавистного поэта. Мне кажется ужасно странным, что поэт мог быть военным.

- Кстати, вот ты хотел в кадетскую школу поступать, помнишь? – вдруг спрашивает он.

- Конечно! – я тут же расправляю плечи, чтобы казаться выше и старше. – Но ты сказал, что туда таких маленьких не берут.

- Так и есть, - кивает Андрей. – Но ещё тебе стоит знать, что туда берут только самых лучших. Тех, кто на отлично учится.

В моём сердце поселяется беспокойство. Я вспоминаю тройки и двойки в своём дневнике и начинаю переживать, что из-за поверхностного отношения к учёбе моя мечта может никогда не воплотиться.

- Самых лучших, говоришь? – тихо переспрашиваю я.

Андрей глушит мотор и отстёгивает ремень безопасности.

- Ага, - подтверждает он.

- Я понял, - киваю я и тоже отстёгиваюсь.

Ладно, дело за малым. Осталось стать самым лучшим.

За мной закрывается дверь.

Рядом с Лирой мне воздуха не хватает. Нечем дышать.