Пленницы судьбы

Она все чаще смотрела на одну из них — стройную, нежную Александру Павловну, — было ясно, что ей, старшей в семье тринадцатилетней принцессе, предстоит первой из дочерей Павла Петровича и Марии Федоровны покинуть дружный хоровод сестер и стать чьей-то невестой, а потом и женой. Екатерина только что женила внука Константина и уже стала думать о его сестрах: семья сына была счастлива на детей. Счастлива была с ней и империя. Александр, Константин, Николай, Михаил Павловичи — один молодец лучше другого, словом, династический тыл империи и Романовых был обеспечен наследниками и их возможными сыновьями.

Кроме того, Мария родила еще шесть дочерей.

Поначалу рождение девочек не особенно радовало императрицу Екатерину — с ними было много матримониальных хлопот и мало проку для престола. Екатерина еще до того, как дочери Павла появились на свет, предрекала: «Дочери все будут плохо выданы замуж, потому что ничего не может быть несчастнее русской великой княжны. Они не сумеют ни к чему примениться, все им будет казаться мелким... Конечно, у них будут искатели, но это поведет к бесконечным недоразумениям.

При всем том может случиться, что женихов не оберешься». Екатерина знала, о чем говорила. Она сама прошла тот долгий путь, по которому предстояло пройти ее внучкам. Ты ведь не просто девушка, тебя с ранних лет готовят в жены неизвестному принцу, которого будут разыскивать по всей Европе, ты не можешь полюбить мужчину по своей воле. Счастье великое, если жених у тебя будет добрым, красивым, если его можно будет любить, а если он — негодяй, сумасшедший, голубой, наконец? Тогда терпи, какое уж тут счастье. .. «Все им будет казаться мелким». Тоже фраза не случайная. После великолепного петербургского двора так трудно жить в каком-нибудь бедном немецком замке, слышать, как скаредный муж считает, сидя за своим секретарем, талеры и ворчит о больших расходах на сено... Вспомним королей и принцев из сказок Андерсена или Перро, которые со свечкой в руке спускаются вниз отворить дверь позднему гостю или гостье, вроде принцессы на горошине. Сказки эти в бедных княжествах и графствах Германии не были очень далеки от жизни. И тогда — терпи, царская дочь! Но потом, по мере того как подрастали девочки, императрица успокоилась и, забыв о своем возрасте и сане, плясала с ними, играла в горелки, устраивала возню.

Воспитывали детей с расчетом на брак с царственными женихами. Как писал Николай I, вспоминая свое раннее детство, «образ нашей детской жизни был довольно схож с жизнью прочих детей, за исключением этикета, которому тогда придавали необычайную важность.