Пленницы судьбы

По материнской линии она принадлежала к роду графов Скавронских — потомков лишенной комплексов «лифляндской полонянки» Екатерины I. Мать Юлии, Екатерина Скавронская, необыкновенно красивая девица, приходилась племянницей светлейшему князю Григорию Потемкину и состояла в его небольшом гареме, звездами которого были еще три его племянницы. В гедонический век Екатерины Великой над этим лишь снисходительно посмеивались.

В 1802 году к этой девице Скавронской посватался бравый вояка, генерал граф Павел Пален, сын знаменитого Палена убийцы императора Павла I. Встретив решительный отказ родителей выдать за него дочь, генерал, как горец, выкрал возлюбленную из дома ее родителей, обвенчался с ней и, как говорится, убыл по месту действительной службы вместе с молодой женой. В одном из походов, в 1803 году, Екатерина и родила нашу героиню. А через год супруги расстались, и Юлия воспитывалась в доме бабушки. Второй муж бабушки, граф Литта, итальянец по происхождению, так привязался к милой девочке, что подарил ей огромное состояние, которое она, счастливая наследница, благополучно и проматывала долгие годы. В 1825 году фрейлина Юлия Пален считалась первейшей невестой — красоты она была необыкновенной. Современники писали: «Красива, умна, прелестна, обворожительно любезна». Можем даже добавить неведомое тогда определение «сексуальна», хотя вряд ли даже оно сможет полностью отразить ее редкие женские достоинства. Современники отмечали (и это мы можем подтвердить, разглядывая ее портреты кисти Карла Брюллова), что у нее, как и у Смирновой-Россет, был «итальянский тип» красоты — жгучая брюнетка с глазами, «облитыми влагой сладострастья». Это особенно поражало на фоне распространенного в высшем обществе славянского типа женской красоты:

Вскоре для прекрасной Юлии отыскался жених — флигель-адъютант, преображенец, граф Николай Александрович Самойлов, тоже красавец писаный. Это была самая элегантная пара в Петербурге. Их брак благословил сам государь Александр I, а императрица Мария Федоровна устроила им блестящий свадебный бал в своем знаменитом Розовом павильоне в Павловске. Но счастье молодоженов оказалось кратким, Самойлов оказался замешен в деле декабристов, но его причастность к заговору доказана не была, и он вышел на свободу. Большей неприятностью для него стала измена Юлии: она сошлась то ли с сыном французского посланника де Баранта, то ли с другом и собутыльником своего мужа по фамилии Мишковский, который имел заемных писем Самойловой на фантастическую сумму — 800 тысяч рублей. С грандиозным скандалом супруги Самойловы разъехались в разные стороны... Юлия оказалась свободна и с головой погрузилась в светскую жизнь Петербурга, став подлинной царицей балов...