По дороге на Оюту (СИ)

А оказывается, все же скрашивал действительность. Недоговаривал.

— Девочка, это самый опасный маршрут. Здесь каждый день исчезает с десяток кораблей. Существа с разных систем потоком устремляются к гурсанам, а принимают они далеко не всех. Вот и остается не в удел куча сброда. И оседают они на нелегальных станциях, или строят бизнес на вот таких вот племенах. Думаешь, что случайно эти аборигены под станцией подсели, да ничего подобного, — объяснял мне реалии этой жизни Ратхар. — Выживает сильнейший, Анита.

— Но почему их не ловят? — наивно спросила я, хотя и сама понимала, что делать гурсанским властям больше нечего.

— Кто их должен ловить? — приподняв рыжую бровь, спросил миранец. — Гурсаны? Земляне? Миранцы? Это нейтральная территория, тут сброда, что звездной пыли. Сгинуть очень легко, если не готов к такому перелету. То, что выпало на нашу долю, мелочи! Я такие истории слышал, что шерсть на хвосте дыбом встает. Мы везунчики, девочка.

— Да, везунчики, — подтвердил мой марионер, — но справедливость мы восстановим и помотаем нервы местным гурманам!

Улыбка на губах Демьяна растянулась такая зловещая, что мне мгновенно стало не по себе. А когда экран вспыхнул, демонстрируя настоящий поток лавы, разливающийся на дикарей-людоедов, я вскрикнула. Демьян уничтожал всё живое под нами, сжигая дотла. Всматриваясь в происходящее не мигая, я явственно ощущала подступившую тошноту. А когда увидела, как горящие нелюди буквально кожу с себя сдирают, пытаясь сбить пламя, не выдержала и поползла в санблок. Так, не успев добраться до унитаза, опорожнила свой желудок.

Больше в кабину, я не возвращалась, предпочитая отсидеться в душевой, предварительно стерев с пола следы своего позора и слабости.

Только дождавшись, когда на стене перестали бликовать вспышки экрана, я высунулась наружу. Мы куда-то летели и явно не вверх на станцию. На экране под нами мелькали небольшие барханы из белого песка, попадались и редкие кустики, больше похожие на перевернутые корнями вверх деревья. Пара каких-то животных сиганула в сторону, эдакие мыши переростки с крокодильим хвостом. Вот после этих милых созданий желание знакомиться с местной фауной, отпало окончательно.

— Это не планета – а территория ужаса.

— Анита, с тобой всё хорошо? — сидя ко мне спиной спросил Демьян.

— Угу, — промычала я, а у самой от стыда щёки вспыхнули. Вот теперь я в их глазах полная слабачка.

— У нашего народа сострадание – это показатель благородства души, только тот, кто светел душой, может прочувствовать боль врага. У тебя чистое сердце, Анита, — Ратхар ободряюще тепло мне улыбнулся,- это редкий дар, особенно для женщины.

Прикусив губу и ещё больше смущённая его словами, я села к стеночке и снова затихла.