Развод. Научусь жить без тебя

— Рус, давай заканчивать этот разговор. Я с тобой согласна на все сто. Это была ошибка. Досадный казус. Больше ничего. Поэтому давай сделаем вид, что мы уже об этом забыли.

Снова хищный прищур и циничное:

— Я в тебе не сомневался. Приехали.

Машина остановилась возле шлагбаума, перегораживающего въезд. Рус щелкнул брелком, и мы въехали во двор дорогого клубного дома.

77.

Автомобиль плавно подкатил к одному из трех подъездов и остановился.

И снова напряженная тишина.

Почему-то никто не спешил выскакивать из салона. Мы сидели, как два каменных изваяния, смотрели прямо перед собой и молчали. Не знаю, как Руслан, а я ещё и дышала через раз. Каждый вдох приносил аромат дорого мужского парфюма, от которого в голове воскресали пикантные образы. И как бы я ни пыталась отстраниться, как бы ни требовала от себя забыть и больше никогда не возвращаться к тому, что произошло в пентхаусе, память все равно выплескивала на меня потоки болезненных воспоминаний.

Какая же я дура, что допустила это. Какая дура…

Руслан отряхнется, штаны подтянет и дальше пойдет, а мне теперь заново собирать себя по частям. Склеивать осколки, между которыми навсегда останутся уродливые шрамы.

Кажется, мы на целую вечность залипли в этой тишине, но на деле прошла всего пара минут. Пара мучительных, наполненных сожалением минут.

Руслан ожидаемо первым пришёл в себя:

— Идём. Нас ждут.

— Да.

Я как рукожопая курица запуталась в ремне безопасности. Не могла себя отстегнуть, потому что пальцы онемели и безбожно тряслись.

Все это время Рус хмуро наблюдал за мной, потом подался вперед и легко отщелкнул ремень. При этом наши руки на миг соприкоснулись, и будто снова двести двадцать пробило. Я дернулась, отшатнулась от него, словно он собирался на меня наброситься. А Адашев, как ни в чём не бывало, вышел из салона.

— Дура, — прошипела я, негодуя на саму себя и свою убогую реакцию, и распахнула дверь.

Вечерний воздух был вкусным, наполненным сладостью и нотками хвои.

Дом, в котором обосновался Руслан со своей семьей, располагался в центре города, и в тоже время в стороне от большой дороги и нескончаемого гула автомобилей. В закрытом дворе было тихо, спокойно и почти безлюдно. Как-то уютно что ли…

Рус всегда ценил уют. Я это помнила, и ещё больше боялась подниматься к нему в квартиру. Боялась увидеть тот самый семейный уют, который теперь его окружал. Боялась увидеть Юльку с его сыном….

Я много чего боялась, но как обычно запихала эти страхи подальше и гордо вскинула подбородок. У меня не было права на страх. Там моя дочь. Одна мысль о том, что Даринка оказалась рядом с моей племянницей, заставляла кровь закипать в жилах и превращала меня в львицу. Если эта тварина посмела что-то сказать моему ребёнку….

Только усилием воли заставила себя успокоиться.