Под ее каблуком (СИ)

 — При чем тут, нравится — не нравится? Как оно оказалось на моем пальце?

— Я надел, — и ни капли эмоций на лице. — Считай, я им тебя окольцевал и обозначил серьезность своих намерений, — подносит мою руку к лицу и целует безымянный палец. — Когда в Казани был, заказал специально для тебя. Обещаю позднее и романтическую обстановку, и признания в любви. Каюсь, поспешил! Ты всегда так стремительно убегаешь, это, — переводит взгляд на руку, — хотя бы немного успокоит меня.

Его поступок тронул до слез, и не столько кольцо, как произнесенные им слова. Встав на цыпочки, я обняла его за шею и нежно коснулась губ. Марк зарычал, углубил поцелуй, и, подхватив меня, посадил на барную стойку. Холодная поверхность коснулась моей филейной части, отчего по телу побежали мурашки. Футболка полетела в сторону, горячее дыхание мужчины опалило грудь, он провел языком по ее вершинке, от удовольствия у меня перед глазами заискрили звезды, я издала протяжный стон. Это еще один подарок от беременности, грудь стала мега-чувствительной. Моя реакция еще больше завела Марка, и он продолжил терзать мое тело, опускаясь все ниже.

— Марк! — то ли протестуя, то ли умоляя не останавливаться, прошептала я. Когда его губы оказались в непозволительной близости от сокровенного места.

— Ш-ш-ш, — успокоил он, опускаясь на колени.

Ни один мужчина не делал ничего подобного для меня! Распластанная на барной стойке, я не могла прийти в себя от полученного удовольствия. Марк поднял с пола футболку и аккуратно надевал ее на меня.

— А сейчас, пойдем, я все-таки тебя накормлю, — произнес он, наклонился и нежно поцеловал в губы.

— Ага, — согласилась я, а сама так и оставалась лежать. Сил не было пошевелить мизинцем, не то, что встать.

— Понятно, — усмехнулся он, и, подняв меня на руки, понес в гостиную. Усадил на тот же диван, где мы вчера выясняли отношения, подставив под спину удобную подушку. — Сиди, сейчас принесу поднос. Тебе чай или кофе? — возвращаясь на кухню, спросил он на ходу.

— Чай, — кофе мне с недавнего времени под запретом. Для себя решила, пока о малышах Марку не сообщать, дождаться подходящего момента. Почувствовав его трепетное отношение ко мне, боюсь, узнав новость о моей беременности, он запрет меня в комнате, привяжет к кровати, так и продержит до самых родов. А узнав, о том, что их двое, даже не представляю, что еще он может предпринять! Еще червоточиной на сердце лежала причина нашего знакомства. Марк, вчера, открыл полностью передо мной душу, даже фотографию показал, хотя мог промолчать, в надежде, что я не узнаю. Поморщилась я, вспомнив, о том, что было на снимке. Мне следует ответить ему тем же.