Под знаком Близнецов

Девушка за соседним столиком, не замечая изумленного взгляда Флоры, стянула с головы яркий шелковый шарф и встряхнула волосами. Потом порылась в сумке из крокодиловой кожи, вынула сигарету и закурила, взяв спичку из коробка, лежащего на столике рядом с пепельницей. Воздух сразу наполнился запахом крепкого французского табака. Девушка зацепила ногой ножку столика и пододвинула его к себе. Облокотившись о стол, она снова крикнула:

Флора не могла оторвать глаз от зеркала. Волосы у девушки были длиннее, чем у нее, но такого же каштанового цвета с оттенком красного дерева. Она была тщательно и искусно накрашена, но помада только подчеркивала слишком крупный рот. Глаза были карими, ресницы густо покрывала тушь. Девушка протянула руку, чтобы пододвинуть пепельницу, и Флора увидела кольцо со сверкающим камнем и яркие ногти, но руки были такой же формы, как у самой Флоры, — худощавые, с длинными пальцами.

Даже одеты они были похоже — обе в джинсах и водолазках. Но свитер незнакомки был из кашемира, а сбоку на банкетке поблескивал темным мехом небрежно сброшенный с плеч норковый жакет.

Официант, разобравшись с посетителями в баре, откликнулся на ее призывы и почти бегом бросился к столику.

— Синьорина, простите, я думал, что…

Он медленно остановился, его движения, слова, голос — все плавно замедлилось. Это чем-то напоминало старый граммофон, у которого кончился завод.

— Ну, хорошо, о чем ты думал? — спросила девушка. — Ты должен был догадаться, что я хочу пить.

— Но я думал… Я думал, что я уже…

Он побледнел. Темные глаза осторожно повернулись к Флоре. Молодой человек был настолько явно потрясен, что Флора не удивилась бы, если бы он сейчас перекрестился, чтобы избавиться от наваждения.

— Ради Бога, Пьетро… — раздраженно начала девушка, но фразу не закончила. Подняв глаза, она увидела Флору, наблюдающую за ней в зеркало.

Молчание, казалось, длилось вечно. Наконец его нарушил Пьетро.

— Поразительно, — еле слышно пробормотал он. — Просто поразительно.

Девушки повернулись и посмотрели друг другу в глаза. Но это было все равно что смотреть в зеркало.

Вторая девушка пришла в себя первой.

— Да, это поразительно, — признала она, и ее голос звучал уже не так уверенно, как раньше.

А Флора вообще не нашлась, что сказать.

Пьетро нарушил молчание снова:

— Понимаете, синьорина Шустер, когда другая синьорина вошла, я решил, что это вы. — Он повернулся к Флоре. — Извините. Наверное, вы подумали, что я очень фамильярен, но я просто принял вас за синьорину Шустер, она часто заходит, но я не видел ее некоторое время, и…

— Я вовсе не сочла вас фамильярным, я подумала, что вы очень любезны.