Подкидыш для хулигана

Но если не ответить, будет только хуже. Будет суд, а его лучше не допускать, – ласково произнес Герман Андреевич. Я даже не знала, что он умеет так разговаривать. И Леша, судя по его удивленному лицу, тоже. — У меня вот какое предложение. Вижу, ты хочешь уладить все миром. Сейчас Леша позвонит Алене, и предложит приехать, поговорить, не ругаться в сети, и пойти в суд как цивилизованные люди. Как ты того хочешь, Таня. Если она согласится – съемок не будет. Если не согласится… тебе придется переступить через себя.

— Я согласна, – кивнула.

Леша достал телефон, и с брезгливой миной набрал номер.

Прижал трубку к уху, и вышел в коридор.

— Думаете, в суд идти не стоит?

— Алена слишком много шума подняла. Смотри, суд вы выиграете, я это обеспечу. Но память у людей не сотрешь. Алена страдала на весь рунет, потом она проиграет суд, и что все решат?

— Что дело в ваших деньгах.

— Да. Вас всю жизнь попрекать не будут, шум утихнет, но припоминать иногда будут. Как вы несчастную мать кинули. И Марьяну будут шпынять. А если ответить жестко, если на камеру рассказать, что Алена продала ребенка при рождении, и что сейчас ей только деньги нужны… если еще и рассказать, что она эскортом занималась, а не только подиумными показами, и у ее мужа рыльце в пушку, то общественное мнение изменится.

Алена не пойдет в суд, уедет, и больше не объявится. А Марьяна… она итак узнает обо всем, но ей будет приятно, что вы боролись. Что ее любил отец, что чужие приняли, как родную. Бороться надо, и иногда борьба – это грязь.

Я кивнула, окончательно запутавшись в своих чувствах.

Наверное, я и правда хочу, чтобы всем было хорошо. А такие хотелки обычно заканчиваются тем, что всем плохо.

— Тебе решать. Я заставлять не стану. Но если вы не ответите громко, Марьяну будут продолжать считать игрушкой богатых засранцев, а Алену – жертвой. И самой же Марьяне это в будущем не поможет.

— Она меня послала, – зло выплюнул Леша, войдя в ванную. — Выслушала, и посоветовала идти в задницу. Никаких мирных переговоров. Ей нужно все.

— Давайте снимать, – дико волнуясь, решилась я.

Руки трясутся мелко-мелко, дрожат, я вся дрожу. Села на стул, ко мне подошла гример, начала подправлять макияж, недовольно хмурясь. А я держала перед собой лист бумаги, и пыталась вчитаться в свою речь.

Она не длинная. Половина у меня, половина у Леши. Его реплики я тоже читала.

Рассказ о родах, о том, какой был Стас. Что Алена выбрала уехать, взяв деньги. Что модельная карьера не так уж задалась. Да, в Китае она поработала, в Японии, но до уровня Водяновой ей как до того же Китая раком. И Алена начала заниматься «сопровождением за деньги», с дополнительными услугами в виде продолжения вечера. Даже расценки ее есть. И профиль на одном из сайтов.