Подсказчик

Ибо она это делала всегда: и в свое свободное время, будучи в отпуске, и когда ходила в магазин за покупками. Изучать лица незнакомых людей вошло у нее в привычку.

У пропадавших детей, как и у всех остальных, была своя история. Но в какой-то момент времени она прерывалась. И Мила шла по следам их маленьких, затерянных во тьме шагов. Девушка никогда не забывала их лиц. Могли пройти годы, но она всегда была в состоянии их вспомнить.

«Ведь дети среди нас, — думала Мила. — Иногда достаточно просто поискать их среди взрослых, в которых они превратились».

Горан рассказывал сыну сказку. Миле больше не хотелось нарушать своим взглядом интимность сцены. Это зрелище было не для ее глаз. Томми был той частью жизни Горана, которую ей пока не удавалось постичь.

Некоторое время спустя криминолог вошел и с улыбкой объявил:

— Не хотелось тебя беспокоить. Но я подумала, что это очень важно.

— Извинения уже приняты. А теперь давай выкладывай, что случилось…

Горан сел на один из диванов и предложил ей занять место возле него. Пламя в камине отбрасывало на стену пляшущие тени.

— Это снова повторилось: меня кто-то преследовал.

Криминолог нахмурил лоб.

— В первый раз — нет, а теперь — абсолютно точно.

Девушка рассказала обо всем произошедшем, стараясь не упустить ни одной детали. Машина с выключенными фарами, отражение луны на кузове и тот факт, что преследователь, будучи замеченным, предпочел убраться восвояси.

— Но почему кому-то нужно преследовать именно тебя?

Он уже задавался подобным вопросом, когда, сидя в ресторане, Мила поведала ему о своем ощущении, будто некто шел за ней по пятам на площади у мотеля.

— Мне никак не удается найти этому сколько-нибудь подходящее объяснение, — после непродолжительного размышления пришел к заключению Горан.

— Я не думаю, что с этого времени потребуется направлять кого-либо вслед за мной, чтобы попытаться застать моего преследователя с поличным.

— Теперь безо всяких сомнений ты об этом знаешь, поэтому он больше этого не повторит.

— Но я пришла не только по этому поводу.

Горан снова посмотрел на девушку.

— Более того, думаю, что я кое-что поняла. Один из фокусов Альберта.

— Тот самый, когда он выкрал девочку с каруселей так, что никто ничего не заметил.

Теперь глаза Горана засветились интересом.

— Ну, я слушаю тебя…

— Почему ты так думаешь?

— Именно мать Сабины натолкнула меня впервые на мысль принять во внимание эту версию. Я не спрашивала ее об этом, и тем не менее она сказала, что, будь рядом с каруселями кто-то посторонний, а не отец какого-либо ребенка, она бы это непременно заметила. Женщина добавила, что у матери на такие вещи есть что-то вроде чутья. И я ей верю.