Подсказчик

Мила молча смотрела прямо перед собой. Гавила сидел на заднем сиденье с закрытыми глазами, уткнувшись лицом в помятое пальто. Все трое направлялись в дом сестры Вероники Берман, где женщина скрывалась от журналистов.

Горан пришел к убеждению, что Берман попытался от них что-то скрыть. Основанием к этому послужило оставленное на телефонном автоответчике сообщение:

«Э-э… Это я… Э-э… У меня мало времени… Но я все равно хочу сказать, что сожалею… Я сожалею обо всем… Я должен был сказать тебе раньше, но не сделал этого… Попытайся простить меня. Это — только моя вина…»

Было установлено, что этот звонок Берман сделал, находясь в камере предварительного заключения поста транспортной полиции, приблизительно в тот самый момент, когда был обнаружен труп маленькой Дебби Гордон.

Горан неожиданно задумался над тем, почему человек, оказавшийся в ситуации Александра Бермана — с трупом в багажнике и с намерением покончить с собой любым подходящим способом, — сделал подобный звонок жене.

Серийные убийцы не просят прощения. Если они делают это, то только потому, что хотят оставить о себе иное впечатление; именно в этом и заключается их искаженная сущность. Их цель — спутать все карты, усилить дымовую завесу таинственности, их окружающую. Но с Берманом, кажется, все совсем по-другому. В его голосе чувствуется какая-то торопливость. Ему нужно довести до конца какое-то дело, пока еще не слишком поздно.

За что просил прощения Александр Берман?

Горан был убежден, что это касалось только его жены и их внутрисемейных отношений.

— Доктор Гавила, пожалуйста, повторите еще раз…

Горан открыл глаза и увидел повернувшуюся к нему Милу.

Она пристально смотрела на него в ожидании ответа.

— Похоже, Вероника Берман что-то скрыла. Это, вероятнее всего, и было причиной разногласий между ней и мужем. По-моему, он хотел попросить прощения за это.

— Но почему эта информация так важна для нас?

— Я не знаю, так ли это на самом деле… Но человек в его ситуации не стал бы тратить время на разрешение обычной семейной ссоры, если за этим не стоит иная цель.

— И какой, по-вашему, она должна быть?

— Возможно, его жена не осознает всего, что ей известно.

— И он этим звонком захотел скрыть эту ситуацию, чтобы не позволить нам вникнуть в ее суть. Либо, наоборот, сообщить нам об этой подробности…

— Да, именно об этом я и думаю… Вероника Берман вплоть до сегодняшнего дня активно сотрудничала с нами, и наверняка у нее нет никакого повода скрывать что-либо, если только, по ее мнению, эта информация не имела бы ничего общего с обвинениями, выдвинутыми в адрес ее мужа, и касалась бы только их двоих.

Теперь Миле все было предельно ясно. Интуиция криминолога не могла примириться со всеми обстоятельствами, всплывавшими в ходе расследования.