«Погранец». Зеленые фуражки

– Что у вас случилось?

– Мотор забарахлил, с курса сбились.

– Тогда ремонтируйте. Даю вам полчаса, – и майор демонстративно посмотрел на часы.

Командир экипажа по-немецки отдал приказ. Бортмеханик забрался на крыло и поднял капоты левого двигателя. Хотя бы уж врали правдоподобно! Даже если один мотор забарахлил, на двух исправных не составило бы труда перелететь через совсем близкую границу. Конечно, на картах есть обозначение, где находятся пригодные для посадки поля или луга. Но луг может быть заболочен и не пригоден для посадки самолетов или передвижения танков. И проверить его посадкой – самый лучший вариант.

К исходу получаса бортмеханик закрыл моторные капоты и вскинул руку с оттопыренным большим пальцем – порядок!

– Покиньте территорию СССР, – сделав строгое лицо, сказал майор.

– Айн момент! – Экипаж забрался в самолет.

Жители деревни, собравшись у околицы, во все глаза смотрели на происходящее: как же, редкое развлечение! Многие самолета вблизи и не видели до этого никогда.

Заработали моторы, и Федор предусмотрительно придержал фуражку рукой. А вот Загорулько и майор не удосужились это сделать. Потоками воздуха от винтов фуражки сдуло с их голов, и они покатились по траве.

Майор покраснел: на глазах у немцев и деревенских – такой конфуз.

Самолет разбежался, взмыл в небо и низко прошел над лесом в сторону границы.

– Тьфу на них! – не сдержал чувств майор. – Лейтенант, ты не видел, общались ли немцы с местными?

– Сам не видел, но подросток, который на заставу сообщил, говорил, что немцы деревенских девчат шоколадом угощали.

– Да они их съели уже, вон обертки валяются.

Оба офицера подобрали фуражки.

– Лейтенант, ты в таких случаях сразу телефонируй и оцепление выставляй. Пресекай общение!

Называется – приехали, разобрались… Видимость одна, потому как приказ сверху есть. Вообще инцидент походил на плохой спектакль. Немцы знали, что их отпустят, и не особенно это скрывали.

Обстановка на присоединенных территориях Западной Украины и Западной Белоруссии складывалась напряженная. Часть населения открыто выражала свое несогласие с вступлением в СССР. В 1940 году в Белоруссии между старой и новой границами действовали 17 устойчивых банд, численность которых превышала 90 человек. В связи с этим по предложению Н.С. Хрущева по Постановлению Совета Народных Комиссаров в Казахстан было депортировано 22 тысячи семей поляков. Некоторых из них арестовывали, и дела их передавали Особому совещанию. В квартиры и дома репрессированных вселялись советские и партийные работники, командиры РККА. С сентября 1939 года по первое декабря 1940 года НКВД арестовало 90 407 человек, в том числе перебежчиков 39 411 человек.