«Погранец». Зеленые фуражки

Вот когда пригодилась училищная физподготовка! А еще дыхалка хорошая, потому как не курил.

Они выбежали за село. Времени после боестолкновения прошло уже много, час-полтора, и бандиты успели уйти далеко. Но если пес не подведет, всех возьмут.

Они пробежали с километр, когда Рекс внезапно рванулся к кустам и залаял. Пограничники включили фонари.

В кустах лежал труп, весь в крови, на бедре и плече – огнестрельные раны. Картина ясная: бандит был ранен во время нападения на село, и подельники тащили его, пока были силы. Когда же раненый умер от обильной кровопотери, они бросили его.

– Молодец, Рекс! Хорошо! След, ищи след! – приговаривал проводник.

Рекс рвался дальше. Он уже не опускал морду к земле, а шел «верхним» чутьем. Стало быть, запах силен, бандиты прошли недавно. В принципе, так должно и быть – раненый сковывал их движение. Уже пять бандитов уничтожено, если милицейский сержант не ошибся. Осталось трое.

Рекс мчался на длинном поводке, и пограничники едва успевали за ним.

Еще через километр-полтора шерсть на загривке у собаки поднялась, и Федор понял – преступники где-то рядом, ветром до чуткого носа собаки доносится их запах.

Рекс стал слегка повизгивать.

– Спускай собаку! – закричал Федор, и Рекс, отстегнутый от поводка, стрелой кинулся вперед.

Совсем близко раздался выстрел, за ним последовало собачье рычание и крик человека.

Пограничники бежали, ориентируясь на звуки. Из-за деревьев доносились звуки борьбы, ударов.

– Стоять! Руки вверх!

Федор без колебаний дал бы по теням очередь из автомата, но опасался задеть собаку. Если бы не она, бандиты ушли бы.

Пограничники включили фонари. На земле лежал раненный в руку бандит, второй преступник отбивался от разъяренного пса.

Рекс оставил бандита, отошел на небольшое расстояние и улегся на землю, не сводя с него горящих злобой глаз. Пиджак на бандите висел клочьями.

– Дробязго, обыскать преступников, изъять оружие.

Нашлись два револьвера и нож.

– Кто такие? Откуда?

Ага, по-польски заговорили, не знают они…

– Ничего, в НКВД не то что заговорите – соловьями запоете. Вяжите их, хлопцы!

У задержанных выдернули из шлевок брючные ремни и стянули им сзади руки.

– Ведем их в Михалки, пусть на своих убитых подельников полюбуются, – распорядился Федор.

На обратном пути остановились у кустов.

– Пусть они сами своего бандюгана тащат, развяжите им руки. Но предупреждаю, граждане задержанные: шаг в сторону расцениваю как попытку побега и стреляю без предупреждения на поражение.

Бандиты подняли убитого и, спотыкаясь, понесли.

– Пся крев, – выругался один из них.

– Еще раз рот откроешь, и я тебе, гнида белопольская, прикладом зубы выбью, – пригрозил проводник собаки. Презрительное польское «пся крев» – собачья кровь – он воспринял близко к сердцу.