Поле боя

Двое из них держали полуодетую Елизавету, двое пытались вскрыть ей череп ножами. Ее пронзительный крик: «Егор, помоги!» – заставил Крутова содрогнуться и броситься на гостей из преисподней с голыми руками. Однако ярость была так велика, что превратила его в неуязвимого бойца, способного противостоять ударам тесаков, не чувствуя боли, и ломать эти страшные ножи кулаком.

Одного жабообразного Крутов проткнул его же ножом, второго буквально размазал по стенам какого-то мрачного помещения со множеством горящих в нишах свечей, но остальные успели скрыться и унести Елизавету, и Егор метнулся в погоню, проламывая телом невесть откуда появляющиеся стены.

Проломив очередную, он оказался на кладбище, прыгнул на улепетывающую тварь, схватил ее за ногу и дернул, отрывая. Дьявол ухнул филином, упал между оградок могил, превращаясь в тающее желе, его напарник наконец выпустил Елизавету и прибавил ходу, но остановился, когда Егор подхватил жену на руки, и вдруг стал расти, превращаться в великана, чья голова ушла в черное беззвездное небо. Голос слетел оттуда, гулкий и грохочущий, от которого зашатались надгробия и кресты на могилах:

– Сим повелеваю! Встаньте и идите на град белый! И никого не щадите!.

Голос истончился, превратился в свист, в шипение, исчез. Пропал и великан. Зато зашевелились могилы, из земли показались полуистлевшие мертвецы и молча двинулись туда, где вдруг засиял золочеными куполами и белокаменными стенами красивый город с хорошо знакомым Кремлем.

Неведомая сила подхватила Крутова с женой, вознесла в небо, и ему открылась чудовищная картина: по всей гигантской равнине внизу тянулись призрачные вереницы и толпы мертвецов, идущих к бело-золотому городу.

– Они идут на Москву! – прошептала очнувшаяся Елизавета, по лицу которой текли слезы и кровь.

Крутов крепче прижал ее к себе и… проснулся.

Елизавета не спала, смотрела на него огромными глазами, а заметив его движение, обняла, приникла к нему всем телом.

– Что тебе снилось? Ты стонал…

Егор закрыл глаза, прогоняя остатки сна, обнял жену.

– Снилось, что мертвые по всей земле идут на Москву…

Глаза Лизы стали тревожными.

– Это плохой сон, – прошептала она. – Баба Евдокия…

– Хорошо толкует сновидения.

– Авось обойдется. Я ведь не пифия, предсказывающая судьбу, а всего лишь бывший полковник службы безопасности.

– Ты – Витязь, тебе тоже дано видеть будущее.

Егор улыбнулся, рывком повернул жену на спину.

– А еще что мне дано?

Елизавета потерлась носом о его подбородок, попыталась высвободиться и притворно нахмурилась.

– Еще тебе дано пользоваться слабостью беззащитной женщины. Знаешь, который час?

– Могли бы еще час поваляться в постели.