Поле боя

Три из них служили лабораториями психотроники, один со своим сверхсекретным – никто никогда не бывал в этом бункере – оборудованием занимал Директор Проекта, два были заняты компьютерным и телерадиокоммуникационным комплексами, а оставшиеся использовались как складские помещения и тюрьма-»отстойник» для испытательного «материала», которым служили приговоренные к смерти преступники или люди, специально захваченные и доставленные с поверхности по заказу Директора. В «отстойнике» находился и тот, ради кого на объект прибыл сам командующий Легионом: Егор Крутов, бывший полковник антитеррористического управления ФСБ.

C шорохом колес по бетону подъехал второй электрокар, из которого ловко выпрыгнул начальник охраны.

– Вас ждет Директор, товарищ генерал. Следуйте за мной.

– Отставить, – небрежно бросил Джехангир. – Сначала я бы хотел посетить «отстойник».

– Как прикажете. – Майор снова бросил два пальца к виску, подошел к одной из бронированных дверей с номером 5, приложил к черному окошечку справа ладонь. Дверь с гулом повернулась на оси, открывая квадратный тоннель, облицованный коричневой керамической плиткой.

В метре от входа вспыхнул тонкий веер лазерного сканера, образующий входной контур системы опознавания и контроля. Майор шагнул вперед, и светящаяся белая линия пробежала по его фигуре. Вспыхнули зеленым светом и погасли горизонтальные щели в стенах тоннеля. Тимергалин знал о существовании подобных сканеров, но видел один из них впервые.

Джехангир искоса посмотрел на него с видом рекламного агента, демонстрирующего товар, и Умар Гасанович понял, что тот не зря ходит гоголем: система охраны объекта, несмотря на бросающееся в глаза отсутствие контингента живых сторожей, оценивалась командующим очень высоко.

«Отстойник», то есть, по сути, тюремный бункер, где содержались люди, предназначенные стать подопытными «кроликами» для разработчиков психотронной аппаратуры, представлял собой подземный грот естественного происхождения, как и большинство других бункеров, слегка расширенный и обработанный для нужд хозяев острова, перегороженный бетонными стенами высотой в три с половиной метра на шестнадцать квадратных камер-клеток.

Каждая такая клетка размером четыре на четыре метра почти ничем не отличалась от настоящих тюремных камер, кроме системы утилизации отходов и отсутствия каких-нибудь хотя бы маломальских удобств. «Кроликов» в камерах практически не кормили и долго не держали по причине их использования в экспериментах, поэтому «удобства» и не были предусмотрены разработчиками «отстойника».