Половинки

Майор еще в управлении предупредил музыканта, чтобы тот не вздумал высовываться из машины, а ждал бы окончания операции и освобождения пленника. Парню ничего не оставалось, как пообещать это. И вот теперь он сидел, напряженно прислушиваясь.

Внутри послышался шум, крики, пара выстрелов. Потом входная дверь резко распахнулась, и двое полицейских под руки вывели какого-то мужчину в наручниках. Из разбитой губы его текла кровь – видимо, при задержании он оказал сопротивление. И почти сразу еще двое оперативников вывели невысокую девушку в какой-то бесформенной, мешковатой одежде. То, что это девушка, а не мальчишка, Намджун понял только тогда, когда увидел длинные волосы необычного оттенка,- на свету они отливали темно-красным.

Ее провели к другой машине, чем мужчину. Того уже почти втолкнули внутрь, когда на улицу выскочила Кан Ми Сун и прокричала:

«А где же Хоуп?» - только и успел подумать лидер.

Профайлер подскочила к преступнику и, схватив его за одежду на груди, выпалила:

- Ключи! Где ключи от наручников, ты, подонок?!

Тот ухмыльнулся разбитыми губами:

- Нет, ты сам скажешь мне, где они! Иначе я по кусочку буду отрезать от тебя, до тех пор, пока не признаешься! Ты понял, мразь?!

Девчонка рванулась из рук оперативников:

- Оппа! Не надо! Скажи им! Отдай им ключи! Не надо, онни! Не трогайте его!

- Дура, заткнись! – рявкнул бандит. – Закрой свой глупый рот!

- Обыщите его! – приказала Ми Сун, отпуская одежду преступника и показательно обтирая ладони о свою одежду, словно перед этим она потрогала что-то грязное, мерзкое, и теперь пыталась очистить руки.

Оперативники начали хлопать по карманам бандита, и вскоре маленькие ключи были у девушки. Она метнулась в дом.

Намджун не мог больше ждать и вышел из машины.

Похитителей уже рассадили по автомобилям группы захвата.

Утром Хосоку удалось включить телефон, пока никого из его похитителей не было в комнате. И вскоре раздался звонок Намджуна. Парень только успел сказать лидеру, где его держат, и поторопить друзей. Голова по-прежнему болела и подташнивало. Но Хоби старался пока не думать об этом. Только бы выбраться отсюда, а там можно будет и заняться лечением.

За дверью комнаты послышались шаги, и он прервал разговор с Джуном и поспешно сунул телефон в задний карман.

Это Мэй Лин принесла ему лекарство и воду. Парень без слов выпил горькую микстуру и запил водой из бутылки.

- Как ты себя сегодня чувствуешь? – спросила девушка.

- Жив, - кратко ответил он, не желая откровенничать.

Мэй Лин тихонько вздохнула и сказала:

- Оппа поехал за едой.

Музыкант ничего не ответил, устраиваясь поудобнее на старом матрасе, стараясь, чтобы прикованная к кровати рука не затекла. Он прикрыл веки, желая, чтобы девчонка оставила его в покое.