Помнишь, ты сказал, что я никто?..

Притянул к себе ближе, практически впечатывая в свое тело.

— Ненавижу… Как же я тебя ненавижу, — шептала, впиваясь ногтями в плечи парня. Хотела оттолкнуть его и вновь дать сильную пощечину, но, в тот же момент дрожала от каждого его поцелуя и, теряя самоконтроль, горела каждой частичкой тела.

Я растерялась, когда парень одним резким движением усадил меня на подоконник и, взобравшись ладонью под халат, коснулся лона. Я тут же содрогнулась всем телом, от грубости, но, в тот же момент осторожности его шершавых пальцев. Внизу живота сразу закололо и остро обожгло, срывая с моих губ стон, который я так хотела, но не сумела сдержать.

— Опять течешь, — хрипло и прямо в мои губы. — Если ты так ненавидишь, тогда я не против твоей ненависти. Но только, если она будет лишь моей.

— Ублюдок, — зашипела. Рука дернулась и я все же занесла ладонь собираясь дать Дамиану пощечину, но он ее перехватил и вновь набросился на меня с поцелуем. Буквально срывая с меня пояс и распахивая халат, после чего ладонями сжимая талию и притягивая меня к краю подоконника — ближе к себе.

Одно мгновение и его руки скользнули вниз, оглаживая ребра, живот и бедра, но почти сразу поднимаясь вверх к груди, которую я успела прикрыть ладонями.

— Долго будешь закрываться от меня? — Дамиан наклонился и легко прикусил костяшку моего пальца, при этом, горячим дыханием частично опаляя грудь. С моих губ сорвался судорожный вдох, хоть я все еще пыталась скрыть то, насколько сильно эта близость разрушала мой самоконтроль. Не желала показывать того, насколько, оказывается, слаба перед монстром в чьих лапах оказалась.

— Вечно, — произнесла на выдохе.

Дамиан приподнял один уголок губ, обнажая белоснежные зубы и, опять подняв меня на руки, отнес на кровать. Я все еще держала руки на груди и сразу же сомкнула ноги, желая сопротивляться парню даже несмотря на то, что внизу живота уже так невыносимо сильно тянуло и, не имея нужного опыта, я чувствовала, что тело хотело Дамиана. Того, что мог дать только он.

— Колючка, — вновь до жути хрипло и, несмотря на полумрак царящий в спальне, я заметила безумный блеск в глазах парня. Его возбуждение и голод, от которых стало страшно, но уже вскоре эта эмоция была поглощена другими. Вновь противоречивыми, но невероятно жгучими.

Дамиан наклонился и вновь его губы на моей шее. Истязали кожу жадным поцелуем, а я уже не понимала, чего хотела больше — ударить парня или всхлипнуть от того, насколько мне сейчас было хорошо.

Его губы мелкими, но такими ощутимыми поцелуями скользнули ниже. К ключицам и плечам, а потом животу. Грудь он пока что не трогал, но, казалось, целовал каждый сантиметр неприкрытой и обнаженной кожи. Для меня это было, как настоящая пытка и вот я раз за разом содрогалась и ерзала под Дамианом.