Помнишь, ты сказал, что я никто?..

— Ого, — я шутливо присвистнула и локтем толкнула Тадео в бок. Но, правда, от этого у меня рука заболела. Адан с Тадео еще с подросткового возраста вместе ходили на бокс и, видно, брат там хорошо подкачал мышцы. — Я думала, что ты популярен у девушек. А эта, получается, не дает?

— Собирайся. Через пять минут жду тебя внизу, — Тадео развернулся и пошел по коридору к своей спальне. Я сразу хотела побежать за ним, ведь, несмотря на то, что слова про какую-то девушку явно были неправдой и брат их сказал лишь бы убедить меня стучать в дверь его спальни, но эта фраза была отличным поводом подшучивать над Тадео следующие полгода. А, может, даже год. Уже сейчас из меня так и рвалось несколько колких фраз, но я решила их придержать. Все же сейчас следовало поскорее собраться.

Я забежала в спальню и собрала сумку. Взяв телефон в руки, только сейчас поняла, что он был выключенным еще со вчерашнего вечера, когда мне звонил Адан. Прекрасно осознавая, что уже опаздывала, я включила телефон и быстро бросила его в сумку, после чего выбежала в коридор и очень быстрым шагом направилась вниз.

Меня ждал первый день в университете. Можно сказать, что начало взрослой жизни.

Я очень быстро спустилась вниз, но сразу выйти на улицу не смогла, так как в холле столкнулась с мамой.

— Доброе утро, — сказала ей, тут же услышав в ответ:

— Что-то случилось? — спросила, останавливаясь и думая о том, что, если не потороплюсь, точно заставлю Тадео ждать меня.

Мама ничего не ответила, но подошла ближе и окинула меня очень внимательным взглядом. В особенности, ее интересовало то, во что я была одета и уже теперь у меня не возникло сомнений касательно того, что мама специально меня тут ждала, чтобы проверить мой внешний вид.

Она всегда казалась очень мягкой, утонченной и интеллигентной женщиной. По сути, мама таковой и являлась, поэтому даже я не могла представить ее злящуюся или вообще повышающую тон. Но, касательно меня она все же умела проявлять строгость.

Например, сейчас я вспомнила о том дне, когда только вернулась в Мадрид. Я хотела сама разложить свои вещи, но мама настояла на том, что это должны сделать горничные, а меня отправила с глупым поручением в город. По итогу, оказалось, что горничные не просто складывали мои вещи в шкаф, но и перебирали их, а та одежда, которая маме не нравилась тут же выбрасывалась.

Вообще, плевать на одежду. Тут важно другое. После того, как я увидела, что произошло, сказала маме, что она не имела права трогать мои вещи на что она ответила: «У тебя нет никаких вещей». Суть этой фразы в том, что все, что я имела было куплено на деньги отца, а, значит, мне не принадлежало.

Этим словам я не удивилась. В разных вариантах, но с одним и тем же смыслом я слышала такие фразы с самого детства.