Помнишь, ты сказал, что я никто?..

Мы поругались и он там меня закрыл, — сказала уклончиво, но Бланка не стала больше задавать вопросы. Наверное, почувствовала, что я не хочу на них отвечать.

Я немного хромала и все тело болело, а руки и ноги затекли, но хуже всего было то, что я, казалось, вот-вот взорвусь от злости и ощущения пережитого унижения. Создавалось ощущение, что этот день уж точно не может быть хуже, но, нет. Оказалось, что может.

Неподалеку от здания стояло такси и мы с Бланкой сразу пошли к нему. Когда сели в машину, я увидела, что из главного входа как раз вышел Тадео. Одетый лишь в спортивные штаны и с обнаженным торсом. Видно, что только из ринга, но с небольшим полотенцем перекинутым через плечо.

Не знаю почему, но я замялась и сразу не сказала водителю куда ехать. Вместо этого вновь посмотрела на брата. Он подошел к тротуару около которого была припаркована аккуратная, но явно безумно дорогостоящая машина и, честно, у меня чуть сердце не остановилось, когда из нее вышла Нереа Диас.

Кем являлась Нереа? Это самая стервозная в мире девушка. До того, как я четыре года назад покинула Мадрид, мы учились в одном колледже и Нереа часто издевалась надо мной. Вернее, она пыталась это делать, но ее останавливали Тадео и Адан. При этом, я тогда даже толком не могла понять, почему она так взъелась на меня, ведь в колледже мы практически не пересекались — Нереа на четыре года старше меня, но все равно будто специально с подругами выискивала меня в колледже в те моменты, когда я оказывалась одна.

Поэтому видеть то, что Тадео теперь общался с Нереа больно. Для меня это сродни предательству. Я даже подумала, что, может, это не она, но, нет. Нереа я безошибочно узнала даже спустя четыре года. Все такая же миловидная и до безумия ухоженная. Разве что она стала немного выше.

Прежде чем машина отъехала, я успела увидеть лишь то, как Тадео и Нереа подошли друг к другу. Да и видеть их рядом было настолько невыносимо, что я сама отвернулась.

— Бывало и хуже, — уныло сказала, после того, как вернулась домой и еще получила выговор от мамы за то, что она не смогла ко мне дозвониться.

А я выключила телефон еще когда ехала в такси. Мне позвонил Адан, но я ему не ответила. Зато, написала сообщение, в котором попросила Монтеро пойти ко всем чертям и все же сгореть в аду, где ему и место, после чего и отключила телефон.

Тело до сих пор болело и руки ныли. Еще, раздевшись, я посмотрела на плечо. Оно и правда покраснело явно намекая, что скоро там появится синяк, но хуже всего было то, что я крючком до крови расцарапала кожу.

Наверное, я никогда не смогла бы описать словами мою ненависть к Монтеро и я искренне желала мести. Мысли о ней занимали всю голову и отвлекло меня лишь возвращение Тадео домой.