Попаданец 2.0

Почему для будущего графа Альба? Да потому, что Беатрис, как и вся её родня, славилась честолюбием и имела определённые амбиции. Отец был стар, старший брат Джон два года назад погиб на охоте, Альфред – откровенный дегенерат, из рук которого она или, точнее, её люди всенепременно уведут ценный приз. Ну а сёстры уже получили свой кусок заплесневелого хлеба с вонючей икрой и проглотили протухшую устрицу. Их дорога к заветному трону и ключам от родного дома теперь лежала через трупы младших родственников. В частности, по этой причине рядом с ней должен был быть не просто слюнявый мальчик со смазливым личиком, а человек, способный лично защитить её и их будущих детей от подобных поползновений.

О чём был разговор между карликами и избранником, ни Бризы, ни Ворожея Туманов узнать не смогли. Двор воровского притона защищали какие-то артефактные поля, а потому магия сквозь них не проникала. Саму цель Милесс, в отличие от обычной практики, трогать ментальными щупами не решилась. Вполне разумно, ведь у того с собой имелась маленькая хвостатая защитница. Копаться в мозгах эльфа – себе дороже. Но то было не страшно, ведь под рукой у разведчиц имелись гномы!

Откинувшись на подушку и разметав по ней золотые кудри волос, Беатрис не сдержала счастливую улыбку и даже застонала от едва сдерживаемого чувства, буквально сжигающего все барьеры. Выцепить, опоить и вызнать всё, что можно, у этих бородатых коротышек для трёх обворожительных островитянок было плёвым делом. А уж узнав имя и фамилию избранника госпожи, её подручные сами чуть было не хлопнулись в обморок.

Герцог Нечаев! Один из наследников короны Чёрного Герцогства! Пусть не ближайший, пусть перед ним целая череда кандидатов, но… Сын героя! Сын человека, чьё настоящее имя знали немногие, но рыцарское – «Чёрный», даже после смерти заставляет дрожать колени у сильных мира сего. Представитель семьи, которую боятся тронуть не только из-за родственных уз с Пурпурной династией, но и из-за необычайного, необъяснимого могущества его вотчины. В перечисленном было такое количество плюсов, да к тому же такой толщины, что у графини закружилась голова.

«Любить! Любить! Разрешаю!» – кричало сознание, но этого уже и не требовалось.

Плотину приказов и логики прорвало, и сердце бешено заколотилось. Девушка уже в полный голос застонала, вспоминая так ловко и легко скрутившие её сильные руки. Он впервые в жизни заставил её почувствовать себя хрупкой, беспомощной птичкой, попавшейся в лапы матёрого хищника. Ей не помогли даже магические доспехи, в разы увеличивающие её силу! Это ощущение было таким обидным и при этом столь неожиданно приятным.