Последняя из рода Ша"Ари!

Честность во всем, сладкая моя, будет между нами, потому что половине нельзя солгать, ведь чувства на двоих, половине нельзя изменить, ведь сердце на двоих, половину нельзя убить или предать, потому что пульс един и жизнь одна на двоих, - перевел дыхание и закончил страстную речь: - Такова природа нашего единения, и я предлагаю его тебе, синеокая Ша'Ари. Еще шестьдесят семь циклов назад, когда существовал старый мир на планете Ша'А, я не смог бы соединится с Ша'Ари. Твои родичи бы не разрешили. Вы слишком хороши: великолепны, нежны и вместе с тем коварны от природы.

Но теперь, я не упущу полученный шанс! Такая сладкая, красивая, трепетная, словно цветок и самое удивительное - абсолютно свободная.

Пока он говорил своим глубоким рокочущим голосом, в котором слышалось столько эмоций, Кнара словно завороженная смотрела, как он медленно, одним слитным движением поднялся и крадущейся походкой приблизился к ней. Она испуганно прижалась к стене, он же навис над ней всем телом, заставляя чувствовать себя маленькой и уязвимой, подавляя и пугая. Задрожав всем телом, она сильнее сжала кулаки на груди и уже хотела закричать, отворачивая от него лицо, как с шелестящим звуком отъехала дверь, и в каюту вошел Раксан.

Как только он увидел столь двусмысленную сцену, потемнел лицом, сузив ледяные глаза. Он молча подошел к замершей парочке и, протянув руку к Кнаре, отодвигая телом Девора, осторожно разжал ее судорожно сжатые от страха кулаки. Переплел пальцы и протянул их сомкнутые ладони запястьями вверх, демонстрируя их Девору. Его гневный голос прорезал тяжелую тишину.

- Ты не сможешь спорить с этим, брат! Никто не сможет! Лишь она сама примет решение!

Девор вместе с Кнарой посмотрели на соединенные ладони стыкующиеся запястьями, от которых разбегался замысловатый рисунок.

И если Девор все понял как только увидел, что рисунок быстро перетекал с одного запястья на другое, будто продолжая свой путь, не меняя его, словно запястья и рисунки на них являются естественным продолжением друг друга, то Кнара, налюбовавшись стремительной игрой четких линий, удивленно подняла лицо к Раксану, снова замирая в удивлении. Он обрезал волосы и теперь с коротким серебристо-голубым ежиком на голове. И хотя волосы отстрижены неровно, все равно его лицо преобразилось, став еще более впечатляющим и хищным. Даже миндалевидные голубые глаза, благодаря тому что открылись скулы и лоб, стали еще больше. И сейчас с пристальным интересом снова считывали ее эмоции, про которые она в очередной раз забыла, находясь с ним рядом. С неудовольствием Кнара отметила про себя, что слишком о многом забывает, стоит Раксану только посмотреть в ее сторону. Раксан, так же как и Девор, оделся в черный облегающий его крупное тело костюм.