Последняя из рода Ша"Ари!

- Наша связь закончена, полноценна и абсолютно законна! Теперь ты моя навечно, любимая!

Кнара как и Раксан, опустив взгляд, рассматривала рисунок на своей коже, а потом задохнулась от наслаждения, когда он придвинулся чуть ближе и приник губами к розовой вершинке ее груди. Движение языка - и девушка едва сдерживает стон, цепляясь за его плечи. Другая рука ласкает вторую вершинку, вызывая у Кнары стон наслаждения и боли, тугим узлом свернувшейся внизу живота. Выгнувшись, давая ему больше простора, она полностью доверилась ему. Во всем! Лишь всхлипывая от наслаждения, простонала, зарываясь ладонями, в короткий серебристый ежик волос:

- Раксан, мне так больно внизу! Помоги мне!

- Прости любимая, но один-единственный раз тебе будет очень больно. Клянусь, это будет только однажды. - слегка отстраняясь, напряженно выдавил он.

- Почему единственный? Ведь мне уже больно! - лишь спросила, открыв затуманенные от желания глаза.

Он уткнулся в ложбинку ее округлой упругой груди и снова, сильно втянув в себя ее аромат, продолжил, обхватывая ее ягодицы ладонями и сильнее прижимая к себе.

- Десять лет воздержания, родная моя, - это не шутки! А желание скручивает так, что клыки дробятся от того, как я пытаюсь сдерживать себя. Никогда не думал, что настолько тяжело держать контроль! Но как только я сорвусь - не смогу быть осторожным, нежным и аккуратным, девочка моя. Я возьму тебя быстро и слишком грубо для твоего первого раза, причинив сильную боль. Прости меня, любимая, но по-другому у нас не получится, я слишком затянул с этим, дальше будет только хуже.

Он разорвал остатки ее комбинезона и, подхватив под ягодицы, стремительно рванул к кровати. Кнара сама дернула верхнюю застежку на его одежде и лишь хрипло ответила, целуя его губы.

- Мне все равно, там так все болит и тянет, что сил терпеть, больше нет! Сделай что-нибудь с этим, я хочу, чтобы не болело!

Как только она оказалась на кровати, Раксан буквально содрал с нее оставшуюся одежду, а потом и с себя. Лихорадочные поцелуи везде, где он мог дотянуться, судорожные вздохи и поглаживания, а потом он оказался между раскинутых ног Кнары и резко вошел в нее, заставляя вскрикнуть от боли. Она выгнулась дугой, но он не мог остановиться и прервать стремительно нарастающий темп своих движений. Двигаясь с диким рычанием, цеплялся за нее словно утопающий за соломинку, но остановиться уже не мог, чтобы сейчас не происходило. Лишь сцепил их ладони и прижал печати, давая Кнаре в полной мере ощутить не только свою боль, но и его сметающее разум наслаждение и удовлетворение голодного самца, дорвавшегося до своей самки.